Книга Вредина для Чемпиона, страница 165 – Илона Шикова

— Здравствуй, Дедушка Мороз, борода из ваты, – он делает паузу, а я в очередной раз впиваюсь взглядом в изумленного Алексея. Еще слово, и я его точно прибью, а после отправлю ночевать под подъездом.

— Леха! – грозно кричу, чтобы он заткнулся, однако мои слова не достигают своей цели.

— Принеси мне в новый год бээмвэ икс пятый, – заканчивает Пантелеймонов, а я только сейчас понимаю, что практически не дышала.

— Ну, такой громадный автомобиль в мешок ко мне не поместится, – смеется отец и снова лезет в свою торбу, доставая оттуда небольшую коробочку в упаковочной бумаге. – Но мальчик Леша без подарка не останется, – протягивает руку вперед, а Пантелеймонов сначала замирает на какое-то время, а после забирает коробочку из рук отца, не сводя с него глаз. – А девочка Ника стишок нам расскажет? – обращается Дед Мороз теперь уже ко мне, и все остальные мужчины следом за ним переводят взгляд в мою сторону.

Пока никак не пойму, что он задумал, но испортить Марку праздник нашими разборками не позволю.

— Девочка Ника может только спеть песенку, – ворчу в ответ и ехидно улыбаюсь.

— Мама, спой! – подпрыгивает Марк на месте, а желание язвить и дальше почему-то пропадает при виде счастливой физиономии малыша.

— Сынок, – теперь уже улыбаюсь с теплотой, засовывая свои амбиции куда подальше. – Если мама начнет петь, то у папы с Дедом Морозом начнутся проблемы со слухом. Так и быть, мама останется без подарка.

— Непорядок, – мотает отец из стороны в сторону, в третий раз лезет в мешок и достает оттуда маленькую коробочку. Медленно подходит ко мне, отчего в груди начинает щемить еще сильнее. – С наступающим, дочка!

И так тяжело дышать, еще и он подливает масла в огонь – от его голоса, печальных ноток и пристального взгляда одинокая слезинка скатывается по щеке. Прав был Леха – несмотря ни на что, он – мой отец, и я его люблю, какие бы пакости он ни натворил. Мне очень тяжело без него, хоть я и пытаюсь переубедить всех в обратном. А самое главное, себя каждый день убеждаю, что могу обойтись без него.

Не получается, к сожалению.

— Спасибо, – забираю коробочку, а отец задерживает свои пальцы на моей руке, все так же не отводя взгляда.

— Марк, пошли подарки открывать, – слышу голос Алексея где-то сбоку и мысленно благодарю его за сообразительность.

Он уводит мальчика на второй этаж, оставляя нас наедине с отцом. Многое хочу ему сказать, однако все слова застревают в горле, не желая произноситься вслух. Кто бы только знал, как же тяжело мне сейчас смотреть в любимые глаза.

— Прости меня, дочка, – отец снимает шапку вместе с бородой, а я не выдерживаю напряжения.

Слезы градом катятся из глаз, не желая останавливаться, а руки сами тянутся вперед. Секунда, и отец прижимает меня к груди – гладит по голове, шепчет такие нужные, и в то же время столь запоздалые слова, отчего я начинаю реветь еще сильнее.

Конечно же, я прощу тебя, папа, даже не сомневайся в своей любимой принцессе. И с Лехой я тоже поговорю – согласна, простить моего отца тяжело, но можно хотя бы попробовать. Уверена, мой любимый мужчина меня поймет…

Отец остается с нами встречать Новый год, отчего Марк приходит в дикий восторг. Пантелеймонов молчит, никак не комментируя мое решение – ведет себя идеально, периодически улыбается, глядя на мое счастливое лицо и не менее счастливую физиономию сына, который не слезает с рук деда.