Онлайн книга «Крутой. Право на любовь»
|
Глава 18 Ульяна Так больно и обидно, что нервы все-таки не выдерживают. Я-то думала, что меня никто и никогда не обидит, а тут… Слезы сами по себе потекли по щекам, а после превратились в самую настоящую истерику. “Лучшее, что ты можешь сделать…” “Вызвать такси… Уехать…” “Я оплачу…” И все, меня прорвало, что называется. Все обиды, проблемы и боль от одиночества резко вырываются наружу. А слова Кости въедаются в мозг тысячами пиявок. Давят на оголенный нервы, добивая меня окончательно… — Отвали! — Не отвалю! Ну, вот и поговорили, что называется. Даже глаз поднимать не хочется – так и сижу на полу, обняв колени и прислонившись спиной к кровати. Тихий и уютный мирок. Угол, куда я временно забилась. Лишь бы никто не трогал. Не доставал. Не обращал внимания. Да просто забыл о моем существовании! “Я оплачу…” И снова это бьет по нервам похлеще разряда электрического тока. Ведь не хотела же давать слабину, но расклеилась в самый неподходящий момент. Если я сейчас уеду, то больше никогда не смогу урвать тот кусочек счастья, который мне обещает этот мужчина. Что-то во мне перевернулось со вчерашнего дня. Да одни слезы чего стоят! Вспомнить бы, когда я в последний раз ревела-то? — Вставай! — Не встану! Вот чего он ко мне пристал, а? Хочет поскорее избавиться? В глубине души я понимаю, что Костя прав. Ну, нафига кому-то чужие проблемы? Он мне ничего не обещал! И уж тем более ничего не должен! Но это лишь в глубине, а на поверхности… Костя присаживается на корточки… Его взгляд… Мурашки по коже от прикосновений мужских пальцев… И разряд тока! Походу, мы оба испугались нашей реакции. И нашего притяжения. Я сдаюсь. Обещаю быть пай-девочкой, потому что в глазах мужчины явно читается внутренняя борьба. Еще немного, и силы добра победят. Надо лишь немного подтолкнуть. И подыграть… — Скажи, – он поворачивается ко мне лицом, стоя рядом. – Ты недавно не попадала в больницу? — Нет, – пожимаю плечами в ответ, не совсем понимая, куда он клонит. — Ладно, – Костя цокает языком и даже делает шаг вперед, как меня бьет в голову какая-то странная и непонятная молния. Больница! Всего одна ночь. Я уже и забыла об этом – да те события и вспоминать не хочется. Отец тогда четко сказал: — Разберусь! Больше такого не повторится! И запер меня в четырех стенах. Разобрался, блин, хотя ничего другого я от него не ожидала. — Погоди, – я резко срываюсь с места, подбегаю к Косте и хватаю его за руку, заставляя и остановиться, и снова посмотреть мне в глаза. – А при чем здесь больница? — Да так, – уходит мужчина от ответа, но молния меня бьет по голове второй раз, заставляя делать решительные шаги. — Почему, – пауза, на протяжении которой я не отвожу пристального взгляда от своего собеседника, – ты, – снова запинаюсь, но мужчина заканчивает вместо меня: — Об этом спросил? — Именно! — Просто так, – он снова юлит, но я чувствую, что на верном пути. Я не помню своего спасителя. Точно знаю, что какой-то мужчина меня нашел во дворах практически без сознания, избитую, едва дышащую, и вызвал скорую. Спас мне жизнь. Я хотела его найти – приставала к отцу, терроризировала Александра, его помощника, чтобы приложил максимум усилий для поисков. Результат нулевой – никто и ничего о нем не знает. Ни имени, ни фамилии – в общем, никакой информации об этом загадочном спасителе. Может, по доброте душевной помог, в чем я лично сомневаюсь. |