Книга Кредит на любовь, страница 25 – Илона Шикова

Но как только подхожу к своему номеру, в кармане начинает вибрировать телефон. Господи, кому я понадобилась? Больше суток тишины, и тут на тебе – не дают человеку отдохнуть.

На экране светится улыбающаяся физиономия отца. Тяжело вздыхаю, закатывая глаза – только тебя мне не хватало для полного счастья.

Вызов заканчивается, но через пару секунд мелодия начинает играть заново.

— Да, – не выдерживаю, принимая этот совсем не радостный вызов.

— Ты уже даже разговаривать со мной не хочешь? – тон отца не предвещает ничего хорошего.

Ну и пусть, как говорится. Я всегда могу выключить телефон и не слушать его очередные нравоучения.

— Как же я рада тебя слышать, – произношу язвительным тоном.

— Неблагодарная, – шипит отец, которого невозможно ничем пробить. – Трудно позвонить?

— Зачем? – довольно резко отвечаю, так как нет никакого желания любезничать. – Чтобы в очередной раз послушать твои нравоучения?

— Ты забываешься, – отец злится не на шутку. – Не подумала, что мы можем за тебя переживать?

— О, Господи, – так и хочется удариться головой о стенку.

Как обычно, отец все перевернул с ног на голову. Если бы действительно переживал, то позвонил бы вечером в день моего отъезда, как это сделала мама. А сейчас его шипение и ехидные реплики вызывают исключительно раздражение.

— Как обычно, думаешь только о себе, – продолжает отец в командном тоне.

— Пап, давай хоть раз обойдемся без твоих лекций о моем неблагопристойном поведении. Что ты хочешь от меня? Я на отдыхе – не надо портить мне настроение!

— Это я порчу? – взрывается отец. – Это ты наплевала на родителей, сбежала из дома, как последняя крыса с корабля, чтобы шляться где попало в компании каких-то дегенератов!

— Папа, – кричу, пытаясь его остановить, но он уже завелся:

— Решила опуститься на самое дно? Хочешь сказать, что на зло мне еще никого в постель не затащила?

— Ну, знаешь ли, – теперь настает моя очередь вспыхивать.

— Или ты немедленно возвращаешься домой, или…

Не хочу дослушивать этот бред, поэтому нажимаю сброс. Еще и телефон выключаю, чтобы не трезвонил полночи. Сегодня отец в ударе, до сих пор вся горю и закипаю в душé от его высказываний. Да кем он меня вообще считает? Неужели он думает, что только это мне и надо?

Пальцы дрожат, и я никак не могу попасть в замочную скважину. Еще и ключ роняю на пол. Никак не могу справиться со злостью.

— Черт, – нагибаюсь, поднимая ключ, и тут раздается за спиной:

— Помочь?

Резко выпрямляюсь и разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов.

Конечно же, это он! Кто еще может с ухмылкой на лице, оперевшись о стену и сложив руки на груди, предложить мне помощь в столь позднее время. Еще и таким тоном, как будто отказа в принципе быть не может.

— Помоги! – отвечаю довольно громко и протягиваю вперед руку с ключом.

Он усмехается, отрывается от стены и подходит ко мне. Берет ключ из протянутой ладони, подходит к двери и вставляет его в замочную скважину. А я смотрю на спину парня, на которой натянулась тонкая ткань футболки, а в голове всплывают слова отца:

«Решила опуститься на самое дно? Хочешь сказать, что на зло мне еще никого в постель не затащила?»

И меня тут же посещает внезапная мысль – а почему бы и нет? Хоть раз совершить то, в чем тебя обвиняют. Хотя бы попробовать, как это. Вот он, мой шанс, наконец-то сделать то, что давно делают все мои ровесницы. И главное, не стесняются этого.