Книга Кредит на любовь, страница 92 – Илона Шикова

Опускаю глаза вниз и стону про себя, понимая, в каком виде предстала перед отцом. Еще когда надевала колготы в квартире у Рината, сделала затяжку, после чего по ноге пошла стрелка, и теперь она движется дальше вниз как раз по той самой ноге, где на платье длинный разрез. Волосы распущены, глаза, надеюсь, горят, а губы распухли от поцелуев любимого мужчины – но мне, на самом деле, глубоко плевать, что думает мой родитель по этому поводу.

— Послушай, – начинаю, тяжело вздыхая. – Мне кажется, сейчас не время для выяснения отношений. Давай мы выспимся, и на ясную голову обо всём поговорим.

— Ты посмотри на себя, – снова шипит отец. Такое чувство, что он меня не слышит. – Выглядишь, как дешевая шлюха! Еще и пробираешься в собственный дом ночью, как вор. Ты хоть знаешь, с кем ты связалась?

— Хватит! – теперь моя очередь повышать голос. Но вовремя вспоминаю, что наверху спит мама, и не стоит её будить своим криком, поэтому снижаю тон. – Хватит меня унижать, ты переходишь все границы! Мне двадцать пять лет, и я не обязана перед тобой отчитываться, где и с кем провела ночь, а также как выгляжу, что делаю, и почему крадусь в собственный дом. Кстати, если бы ты вел себя адекватно, то никто бы не крался. В следующий раз вообще не приду домой ночевать.

— Это ты мне сейчас типа ультиматум предъявляешь? – он усаживается на диван, закидывает ногу на ногу и делает глоток напитка из стакана. – А не много ли ты на себя берешь, деточка?

Стону, закатывая глаза. Делаю это специально, чтобы позлить отца. Огромное желание послать его и сбежать, чтобы больше не было нравоучений и непонятного прессинга.

— Короче, папа, что ты от меня хочешь? Я устала и хочу спать, а ты…

— Надо же, – нагло перебивает меня. – Она, видите ли, устала. Бедная и несчастная девочка, может, пожалеть тебя?

— Не стоит, – спокойно реагирую на его колкости, хоть желание послать куда подальше растет в геометрической прогрессии.

— Тогда повторяю свой вопрос – где, – пауза, – ты, – еще одна пауза, – была?

— Отвечаю повторно, – тоже замолкаю на секунду. – Не твое, – пауза, – дело.

Наблюдаю, как глаза отца наливаются кровью, и он подается всем корпусом вперед. Давай, папочка, вспыли окончательно и дай мне прекрасный повод отсюда свалить!

— Ты хоть знаешь, с каким ублюдком связалась?

— Не смей его так называть, – шиплю в ответ. – И если уж на то пошло, то я люблю Рината. И мне плевать, что ты о нем думаешь. И мы будем вместе…

— Только через мой труп! – орет отец, вскакивает и швыряет стакан в сторону. Стекло с грохотом падает на пол, а остатки жидкости расплескиваются по паркету. – Ты никогда, слышишь, никогда не будешь с ним встречаться!

— Это еще почему? – не уступаю, и тоже повышаю голос в ответ.

Не хотела, а взорвалась, как спичка, стоило отцу меня спровоцировать. Как же он меня достал! Сил нет с ним бороться и выслушивать всю ту ересь, которую он собирается мне сейчас впаивать.

— Ты его совсем не знаешь, – уже немного спокойнее произносит отец. – Господи, как же Ильфат с ним намучился! Бесконечные пьянки, драки, не удивлюсь, если и наркотики были. Помню, как я гордился перед Ибрагимовым, какая у меня замечательная и воспитанная дочь в отличие от его сыночка-ублюдка, который кроме неприятностей ничего иного папе не доставлял. Ты такого себе жениха хочешь?