Книга Не смотри на меня. Книга 1, страница 61 – Мария Летова

— Как есть. Меня Артём зовут, а не Пушистый Заяц…

— Понятно… — отзываюсь я.

Я не забыла его имени. И отношение к… тёлкам — режет слух. Меня поддевает понимание, что это отношение — характерное для… всей этой песочницы.

“У меня хватает тёлок, которые хотят…”, — слова проносятся в голове, заставляя меня резко посмотреть в окно.

— Ну что, попробуем еще раз? Я Артём…

Я ловлю его взгляд на своих ладонях, которыми прикасаюсь к большой чашке кофе, и я как никогда радуюсь тому, что обновлять маникюр — теперь моя почти единственная железобетонная традиция. Не просто традиция, а потребность... мне слишком понравился результат.

Я вскидываю к его лицу глаза, намеренно растягивая паузу. Этого требует уже мое собственное нутро.

— Тая, — произношу я.

Его губы чуть разъезжаются в улыбке.

— Приятно познакомиться, — говорит он. — Мне пока все нравится, — добавляет он, очевидно имея ввиду и меня саму, и... мое имя.

Я снова отделываюсь легко. Лишь толикой смущения. Он слишком нестеснительный в словах, я... перестала успевать смущаться.

— Очень рада, — отзываюсь.

— Может, у тебя так же? — спрашивает он с усмешкой.

Она уходит с его лица спустя пару мгновений, ведь я молчу. И я молчу не потому, что так поступила бы Таня! Просто у меня ответа нет, может поэтому Артём становится таким серьезным, пусть и наигранно.

Поднимает брови, наигранно ждет, но и в глазах у него ожидание.

Для парней я была невидимкой примерно лет до шестнадцати, а потом они стали обращать на меня внимание, но я не спешила их к себе подпускать, поэтому... надолго их внимания не хватало. Я к этому привыкла. Внимание этого парня?

Оно мне приятно!

А он сам…

Я отвечаю, вскинув на него глаза:

— Я не против продолжить общение…

Мой ответ его веселит. Не так, чтобы очень, но все же веселит.

Улыбаясь, он спрашивает:

— Если я уберу из лексикона слово телки, ты скажешь “да”?

Закусив губу, я пожимаю плечом.

— Посмотрим, — отвечаю.

Теперь он смеется, чуть тряхнув головой.

— Ладно, — меняет он тему. — Чем занимаешься?

— Учусь в колледже. В медицинском. А ты?

— У нас автосервис. Семейное предприятие. Так, как тебя занесло в офис у Куту?

— Случайно, — уклончиво отвечаю я.

— Это я понял. Ты явно не из его компании.

— Почему? — спрашиваю я.

— Я еле имя из тебя вытащил, — говорит со смешком. — Кут имен не спрашивает.

Я смотрю в свою чашку, не зная, хочу ли вообще говорить на эту тему, но все же поясняю:

— Нужно было помочь одному человеку. Оказать… первую помощь.

— Вау, — хмыкает. — Поворот…

Теперь я кручу чашку пальцами.

— Ты с ним знаком? — интересуюсь между прочим.

— Через два рукопожатия. Я недавно на рынке, а Кут обслуживается у своих, проверенных людей.

— Понятно…

— Может предложу ему бесплатный ремонт, — бросает он. — В качестве промо. Ему как раз тачку на днях разбили.

Скачком волнения из меня выбивает вопрос:

— Кто?

— Клиент. Теперь разборки крупные. Ну а ты, еще с ним общаешься?

Я не знаю.

Не знаю, общаюсь ли с ним еще.

Не знаю, почему новость о том, что ему, судя по всему, так и не вернули машину, толкнула мой пульс.

Почему?!

Наше общение — это лишь его гребаное желание убедиться в том, что я не доставлю проблем. Что не передумаю, не взбунтуюсь. Он убеждался, кажется, даже месяц спустя. Закреплял результат, хоть и знал, что шансы доставить ему проблемы теперь, месяц спустя, у меня практически нулевые. Даже с подтверждением от врача нулевые, ведь доказать, что это был именно он, теперь практически невозможно.