Онлайн книга «Жестокое сердце офицера»
|
Набирают другой, а там гудки и сверху куча панических картин с не самыми лучшими исходами для Ярцева. Вдобавок моя сменщица задерживается на марш-броске, полевые учения там какие-то, и мне придется остаться на сутки, не то чтобы я против поработать, просто эти непонятки с Ярцевым триггерят. Неспокойно мне. Хотя я вообще не должна о нем думать, вот с чего вообще? После его хамства! Так, все. Выдыхаем, Красивая. И не надумываем больше ничего, тогда и триггерить не будет, и все у тебя будет хорошо! И все же через полчаса отрицания я придавливаю свою гордость и пишу Ярцеву холодное сообщение. «Перезвони» Хочется добавить «я волнуюсь», но хренушки ему. Нет, я прощу ему этот игнор, если он спит и действительно не слышит, но это же бред! Неужели инстинкт самосохранения не работает? Чуйка там какая-нибудь, установка а-ля «анти-пиздец»? У военных такие функции же встроенные, разве нет? Или мне дефектный достался? Не присваивай, Красивая! Не буду… наверное… Звонит! И все мои установки разлетаются, как бабочки, в разные стороны. Ну не дура ли? А у самой внутри все трепещет, и я даже не успеваю сделать свой тон таким, какой он заслужил, и вместо этого взволнованно выдыхаю: — Привет… — Что-то срочное? Все-таки дура. А кто-то не в духе. А может, он такой и есть… колючий, с куском Антарктиды вместо сердца. Видимо, других мужчин я не заслужила. Прочищаю горло, сбивая с себя спесь. — Да-а нет, просто хотела сообщить, что нашла твои ключи, могу оставить их на проходной, заберешь как сможешь. Пауза. — Где нашла? — вроде смягчается, но говорит так же холодно. Бесит! — В сугробе, блин! Какая разница? Что-то там вздыхает мимо трубки, прежде чем я слышу: — Пусть они у тебя останутся. Если хочешь, пользуйся. Мои глаза, мне кажется, сейчас овальные становятся. — Э-э… Чем? — Квартирой моей. — Эм-м, что прости? Погоди-погоди, то есть… Типа… — Типа поживи в моей квартире, пока я не вернусь. Шестеренки в голове так крутятся, что вот-вот задымятся, генерируя из меня невыносимый поток: — Пока не вернешься? А… Откуда? Накосячил? Ярцев! Ты не встал, что ли?! Серьезно? И что теперь будет? Накажут? — Жень, давай не сейчас, — раздраженно так. — Личное. Потом объясню. Быстро остужает он мои шестеренки. — Ах, ну если личное, — обижено срывается, а в груди разрастается шар, огненный, давящий. — Тогда все же ключи подождут тебя на проходной. — Всего хо-ро-ше-го! Сбрасываю. А он и не перезванивает. Дура, еще и наивная. Хватаю ключи, преисполненная решимости унести их прочь, но хреновая у меня какая-то решимость, потому что ключи я оставляю в кармане халата. Зачем? Не знаю. Нет, конечно же, без него я не пойду в квартиру. У него же личное! А я кто?! Хороший вопрос… Как трахаться, так ничего, а тут посмотрите, важный какой, я ему еще чай делала и в кровать пустила. Биполярка это, а не личное! Ищешь встречи с ним? Нет… А зачем тогда оставляешь ключи себе? Чтобы было! Вся психованная и злая делаю вечерний обход, и, видимо на моем лице все написано, потому что пациенты даже не пытаются пошутить, позаигрывать, а одного вертихвоста вообще нет. Валов, тебя только для полного счастья не хватало. После отбоя тоже не появляется, иду на поиски, и как-то вот вообще не смешно. Можно я спокойно доработаю, а? |