Книга Жестокое сердце офицера, страница 78 – Маша Демина

— Вау, вот это предложение. Сильное для обычной интрижки, не находишь?

— Я тебя обидел. — Не вопрос, констатация.

— Знаешь, ни одной девушке не понравится определение интрижки.

— Я это учту.

— Прямо сейчас.

Борзая какая.

Дергаю ее на себя под возмущенное «Ярцев!» и одновременно ловлю кружку с вином, но оно все равно расплескивается. Частично на нее, пачкая нежную кожу, частично на простынь. И выглядит это просто пиздец как вставляюще.

Лязгая кружкой по столу, наклоняюсь и по-хозяйски слизываю пару бордовых дорожек с ее кожи, которая теперь на вкус, как спелая вишня. М-м… Не отрываясь, веду языком выше, присасываясь ртом к ключице, шее, веду губами по горлу и по-животному облизываю подбородок. Слышу, как сбивается ее дыхание. Мое тоже.

Запускаю пальцы в растрепавшуюся косу, прижимаю ее лбом к своему, ловлю ртом порывистый вздох.

— Я не всегда бываю тактичным. Иногда могу ляпнуть не самое приятное. С тобой очень сложно мыслить здраво.

— Очень странное извинение.

— Так я ж троечник в разговорах, — усмехаюсь возбужденно ей в рот, касаясь ее губ своими.

— Тогда, может, уже покажешь, в чем ты отличник?

Она скользит носом по моему, выгибается в руках, ерзая на твердом члене через простынь и ткань моих боксеров, а мне мало контакта, поэтому торможу ее, потянув за косу.

Красивая пьяно улыбается, ловит мой поцелуй, дразнит, уворачивается, подставляя шею, я прикусываю горло губами, и она всхлипывает «ай-ай», царапая ногтями по моему затылку.

Неконтролируемая вспышка в груди рассыпается искрами. Жалит. Пульс долбит в ушах. Оглушает, и я сам уже как под вином. Плохо соображаю, с грохотом расчищаю стол, фрукты летят на пол, что-то еще лязгает, не соображаю, раскладывая перед собой Женю. Она пугается от резкости моих движений и впивается пальцами в плечи, не ложится, сопротивляется.

Отставить, Ярцев. Ты обещал быть сдержанней.

— Ты че делаешь? — ошалело выдыхает она.

Толкаю ее лбом.

Не обещал, а сказал, что постараюсь.

— Ложись, — бросаю резкую команду и вижу, что ее это цепляет. Да блядь. Выругавшись, медленно стягиваю с нее простынь и мягко толкаю на спину с шипящим сквозь зубы: — Пожалуйста.

Она опускается на локти, ее тяжелая сочная грудь вздымается, соски стоят, плоский живот подрагивает от частых вздохов. Это просто… вау.

— Распусти волосы, — срывается мой голос и дергается кадык.

Мы смотрим друг на друга долгую напряженную секунду, прежде чем Женя полностью опускается на стол и выполняет мою просьбу: поднимает руки за голову, чтобы расплести косу.

Она задевает локтем тарелку с нарезкой и кружку с недопитым вином, рывком перехватываю все, предотвращая падение, и на ощупь ставлю на подоконник. От Красивой отвести взгляд не могу. Особенно когда она рассыпает вокруг себя облако пышных вьющихся волос. КОСМИЧЕСКАЯ ПРОСТО. Хочу зарыться в копну непослушных кудряшек пальцами. И в нее. Сожрать целиком и полностью. Эта девушка вызывает такое чувство голода, что мне не хватит ее ни сейчас, ни когда-либо.

И чем дольше я зависаю в раскаленном желании, тем тверже становлюсь и тем глубже укореняется осознание, что это не гребаная интрижка, это…

Отгоняю провокационные мысли, вспыхивая раздражением, потому что они сейчас не уместны. К черту все вообще. Есть только этот момент, и я хочу прожить его с ней. Без мозгоебства о том, что будет дальше. И до того, как она успеет возразить, я сажусь на табурет, просовываю руки под бедра и притягиваю ее к себе.