Книга Соглашайся..., страница 10 – Виолетта Иванова

Софья слушала и понимала, что ко всему придется привыкать, но она выживет. Должна выжить и стать счастливой. Тем более, что Лидия Ивановна сказала, что на счетах в банке Портоленсы на ее имя давно открыт счет.

Утром Павел не дал долго спать дочери, вошел в ее комнату. Следом за ним семенила Лукерья.

— Павел Евгеньевич, позвольте, рано еще, да графинюшка еще слишком слаба. Пусть еще поспит.

— Пошла вон, — рявкнул на служанку Павел, не оборачиваясь.

Софья поднялась, села на постели, прикрываясь углом одеяла.

— Сегодня к обеду будет господин Белоярцев, — сказал отец сухим тоном. — Постарайся привести себя в порядок и не быть такой бледной. От его визита многое зависит, в том числе и твоя судьба.

— Хорошо, батюшка, — тихо ответила Софья, не поднимая головы.

Мужчина стоял напротив нее, заведя руки за спину, разглядывал свою дочь взглядом купца, продающего лошадь и решающего, что еще сделать, чтобы покупатель не увидел все изъяны.

— И постарайся надеть приличное платье, чтобы мне не было стыдно за тебя.

— Но, батюшка, у нас же еще траур по матушке не прошел.

Мужчина скривился, словно уже забыл об этом.

— Хорошо. Но постарайся, чтобы не выглядела слишком мрачно.

Он не стал слушать ответа дочери, развернулся и вышел. Почти следом за ним в комнату вошла Лукерья.

— Поспи еще, графинюшка, рано еще. А через часик я приду к тебе, умоемся, оденемся. А я пока завтрак приготовлю.

— Спасибо, Луша, — с улыбкой сказала Софья.

Женщина развернулась и ушла, а Софья снова легла в постель. Солнце еще даже не взошло, а отец так торопится. Интересно, что он задумал? И кто такой Белоярцев? Неужели, отец хочет отдать ее замуж за него? Возле ее постели появился призрачный силуэт бабули.

— Ох, Павел, — она покачала головой, — совсем не бережет тебя. Ты же совсем слаба. Значит точно, совсем он проигрался, раз такое хочет провернуть.

— Что провернуть? — не поняла Софья.

— Думаю, что он задумал выдать тебя за него замуж.

— Замуж? А сколько ему лет и кто он такой?

— Данила Ильич? Он сын богатого купца, известного в Новограде, Ильи Васильевича Белоярцева. У него несколько торговых лавок, богатый дом. Думаю, что он продал наш титул в обмен на деньги. Павел проиграл Даниле большую сумму.

Лидия Ивановна вздохнула и от ее выдоха по комнате прошел холодок.

— А отказаться я смогу от этого брака? — спросила Софья.

— Нет. Тебе еще нет двадцати, когда в права войдешь. А пока отец решает, за кого тебя замуж выдавать.

Софья грустно усмехнулась, а потом махнула рукой. Да черт с ним, с этим замужеством. Ведь тогда она получит больше прав, чем у нее есть сейчас, а значит отец не сможет больше управлять ею и не доберется до ее счетов в банке, не проиграет их в чистую.

К обеду Лукерья помогла Софье собраться. Они нашли темно-серое атласное платье, украшенное скромной серебряной вышивкой. На голову девушка надела скромный чепец, который скрыл копну ее волос. Цвет платья сделал ее лицо еще более бледным, чем есть, темные круги под глазами проявились еще сильнее. А пока Лукерья расчесывала ей волосы, Софья успела искусать губы так, что сейчас на них были корочки запёкшейся крови. Когда она вышла в таком виде в кабинет к отцу, тот долго смотрел на дочь, кривя губы.

— Надеюсь, что господин Белоярцев не сбежит от такой красоты, — проговорил он, не скрывая своей неприязненной мины. — Софья, я приказываю тебе вести себя тихо и покладисто. Не вздумай что-нибудь сказать или сделать за что я потом буду краснеть за тебя.