Книга Похоже на ненависть, страница 19 – Саша Светлова

— Ну и куда ты записалась? — раздаётся за моей спиной. — Надеешься стать моделью? Будешь расхаживать по институту в купальнике?

Узнаю голос Дана, поэтому не оборачиваюсь и не отвечаю. Я уже много раз пыталась наладить отношения и перевести разговор на учебную тему, но он отказывался. Только грубил и говорил о всякой ерунде. Не стану в очередной раз попадать в ту же ловушку.

Держу сумку ближе к себе, чтобы не цепляться за спешащих мимо студентов. До аудитории осталось совсем немного. Если не останавливаться и не смотреть на Соболева, есть шанс добраться туда без очередного представления. Он ведь не может бесконечно разговаривать сам с собой. Хотя после знакомства с ним я уже ни в чем не уверена.

Сворачиваю за угол, когда Дан неожиданно появляется передо мной, загораживая путь. Я отхожу к стене и тут же осознаю свою ошибку, потому что Дан пользуется этим и придвигается ближе. Опирается ладонями о стену, словно заключает меня в клетку.

Прижимаю локоть к боку, удерживая съезжающую сумку. Он даже не касается меня, а места уже не хватает. Чтобы пройти, придется либо просить его отойти, либо протискиваться под рукой. Второй вариант наверняка его порадует. Первый тоже, но по другой причине.

Его глаза прищурены, в уголках губ появляется ухмылка — не злая, скорее играющая, но от этого не легче.

— Что, нечего ответить? — Он смотрит так пристально, словно заглядывает внутрь меня. — Обычно сразу находишь, чем меня поддеть, а теперь молчишь. Язычок затупился?

Значит, вчера ему не нравилось, что я отвечаю, а сегодня не нравится, что молчу. Удобно. Можно выбирать любую причину, результат все равно один: он недоволен и требует моего внимания.

Опускаю взгляд на пол, делая вид, что разглядываю свои кроссовки. Сердце колотится так быстро и громко, как будто я только что пробежала стометровку. Хочется сказать что-нибудь колкое, но я прикусываю язык. Дан превратит любое слово в повод для новой пикировки, а я сейчас не в настроении.

С утра у меня уже были кофе на джинсах, бег до института и толпа у доски объявлений. На Соболева сил не осталось. А он стоит передо мной свежий, довольный, готовый развлекаться. Хоть бы раз наши желания совпали и ему тоже захотелось оставить меня в покое.

— Слушай, — выдыхаю наконец. — У меня нет настроения для спарринга.

— У тебя никогда нет настроения, дорогая! — отпускает пошлую шутку и смеётся.

Я вскидываю голову. У Дана слишком внимательный взгляд, и это раздражает.

Смешно ему. Разглядывает мое лицо, ждет, где дернется мышца, как я отреагирую. Наверное, все-таки рассчитывает услышать про конкурс. Только ничего я ему не расскажу. Ни о том, записалась ли, ни о том, зачем вообще остановилась у плаката. Не хватало еще оправдываться перед ним за попытку выиграть деньги.

— Может, потому что ты ведёшь себя, как… — Слова застревают, но я всё же заканчиваю: — Очень плохой человек.

Он на секунду замирает. Потом иронично изгибает бровь и качает головой.

— Ага. Значит, вот так. Я тиран, а ты несчастная жертва?

Я молчу. Ответить — значит снова вляпаться в бесконечный спор.

Дан чуть наклоняет голову, стараясь поймать мой взгляд. Снова опускаю глаза, на этот раз на его руку возле моего плеча. Пальцы длинные, ногти аккуратные. Мог бы использовать эту прекрасную руку, чтобы убрать ее со стены и пропустить меня на занятие. Но, видимо, это было бы слишком просто.