Книга Похоже на ненависть, страница 23 – Саша Светлова

Я могла бы догадаться, что Дан ушёл в клуб и собирается развлекаться неизвестно до какого часа, может, и до утра. Он уже понял, что я совестливая и наивная, вот и оставил меня в качестве надёжной няньки для щенка. Конечно, это удобно для него — он уходит развлекаться, а я остаюсь присматривать за малышом. Но это чертовски раздражает.

Особенно после того, как он с ним обращался. Объяснял, показывал, проверял, правильно ли я поняла. Я успела решить, что мы хотя бы в этом можем договориться. А теперь сижу на полу в чужой квартире и выпрашиваю ответ на простой вопрос. Прекрасное начало.

Будем надеяться, что Дан теперь не вернётся часов до семи утра и не помешает нам с Рексом спать.

Да, я дала щенку имя. И уже привязалась к нему, как будто он был со мной всегда. Он смешно похрюкивает во сне, лапки иногда двигаются, как будто он куда-то бежит, а я полулежу рядом на полу, поглаживая его макушку. Он сопит в своей пушистой кроватке-гнезде, а я кладу на неё голову и соплю рядом. Хоть немного посплю, хоть на мгновение отключусь от мыслей, от злости и усталости.

Перед тем как закрыть глаза, проверяю будильник и кладу телефон возле руки. На кровать даже смотреть не хочется. Придется потом объяснять Соболеву, почему я решила устроиться у него с удобствами, а с него станется припоминать это до конца семестра. На полу, конечно, жестко, зато малыш рядом. Подтягиваю колени, нахожу положение, в котором не тянет плечо, и наконец перестаю ждать звук открывающейся входной двери.

— Чё с ней делать-то?

— Оставь, говорю!

— А она ничего так, когда лежит и молчит.

— Я тебе что, непонятно сказал? Оставь ее в покое!

— Ага, непонятно. Ты сказал, что она тебе пофиг, а теперь оказывается, она у тебя на полу спит, да ещё с какой-то собакой. Слушай… она что, живёт здесь?! Ты вообще, блин, ошизел, что ли? С одной бабой живёшь, а с другими гуляешь?..

Разговор продолжается в том же духе.

Очень хочется открыть глаза и сообщить, что у меня имеется собственное место жительства. Скромнее этого, зато туда не вваливаются по ночам люди, которым интересно обсуждать других прямо у меня над головой. Но стоит подать голос, и все вопросы адресуют уже мне. А я сейчас даже сесть без усилия не смогу.

Я притворяюсь спящей, хотя давно проснулась, когда открылась входная дверь, и в пентхаузе раздался хохот, мужской и женский, громкий, разнузданный, словно кто-то притащил сюда весь клуб сразу.

Посмотрела на часы — три утра. Отлично. Самое время приводить домой «гостей».

Снова легла и закрыла глаза, стараясь не обращать внимания на громкие шаги, звонкий смех, на то, как гремят двери и как кто-то уже включает музыку. Мы с Рексом в гостевой спальне, самой маленькой, в конце коридора. В принципе, нас не должны заметить. Пусть веселятся в зале, это их территория, а моя — вот этот кусочек пола рядом с кроваткой щенка.

В полутьме успела собрать телефон и лежащие рядом записи. Сумка стоит у стены, до нее можно дотянуться, не вставая. Все готово к отступлению. Осталось, чтобы гости разошлись по квартире и перестали топать возле нашей двери.

Выходить и здороваться я не собиралась. Решила дождаться, пока гости переместятся в зал, а потом тихо и незаметно уйти домой. Никто и не узнает, что я тут была. С Даном поругаюсь потом, времени для скандала будет предостаточно. Сейчас главное — выждать и уйти по-тихому.