Книга Мой муж ждет моей смерти, страница 27 – Алёна Климова

— Мамочка, смотри, что я нарисовала! — Она вывернулась из моих рук и сунула мне рисунок. — Это осень! А вот это дерево, а это листики. Красивые?

— Очень красивые. Ты сама всё рисовала?

— Сама! А ещё мы гуляли. А ты больше не болела сегодня?

Улыбка на моём лице стала меньше.

— Уже намного лучше, солнышко.

— Папа вчера утром был такой злой, когда колготки искал. Он сказал, что ты ещё долго будешь лежать.

Я поправила шапку на её голове, скрывая нахлынувшее раздражение. Конечно. Юра уже успел объяснить дочери, что мама надолго останется в постели.

— Папа ошибся, — ответила я.

— Правда?

— Правда. А сейчас пойдём в магазин. Купим что-нибудь вкусное на ужин.

— Ура! Йогурты!

Соня схватила меня за руку, и мы отправились к супермаркету.

По дороге она без умолку рассказывала о детсадовских друзьях, о рисунке и о том, кто сегодня отказался делиться игрушками. Я слушала, задавала вопросы и время от времени поглядывала на дочь, боясь пропустить хоть одну мелочь. Мне хотелось запомнить этот вечер целиком: её маленькую ладонь в моей руке, шуршание листьев под ногами, обиженную складочку между бровями, когда она рассказывала о несправедливости, и то, как быстро эта складочка исчезала, стоило заговорить о чём-нибудь приятном.

Я слишком хорошо знала, как легко привычная жизнь превращается в нечто совершенно чужое. И не собиралась позволять кому-либо отнять у Сони её детство.

В супермаркете было тепло, пахло свежей выпечкой и фруктами. Соня деловито катила маленькую детскую тележку впереди меня, останавливаясь у полок с таким видом, будто именно ей предстояло оплатить покупки.

— Смотри, тут есть с клубникой и с персиком, — я сняла с полки две баночки йогурта. — Какой возьмём?

Дочь задумалась, переводя взгляд с одной на другую.

— Оба!

— Разумеется. Как я могла сомневаться?

— И яблоки! Вон те, красные.

— Красные яблоки, два йогурта и что-нибудь на ужин. Принято.

Я положила фрукты в корзину и предложила приготовить макароны с сыром и маленькими помидорами. Соня согласилась с таким энтузиазмом, словно я предложила ей праздничный торт.

На кассе я расплатилась с нового счёта. Деньги Дмитрия уже поступили, и я впервые за долгое время могла покупать продукты, не прокручивая в голове остаток на карте после каждой позиции. Это было непривычно приятно.

Дома было тихо.

Юра уже ушёл на ночную смену на логистическом складе. В коридоре пахло дешёвым растворимым кофе и резкой мазью от радикулита. Я невольно поморщилась, но ничего не сказала. Пусть работает. Пусть таскает тяжёлые коробки и возвращается домой с больной спиной. Я не собиралась мешать ему зарабатывать деньги.

Главное, чтобы он не решил, будто я снова возьму все проблемы на себя.

Мы переоделись и отправились на кухню. Я включила любимую Сонину музыку, достала продукты и поставила перед дочерью пластиковую миску с водой.

— Так, главный шеф-повар, — объявила я. — Твоя задача отмыть каждый помидор до блеска. Справишься?

— Конечно!

Соня немедленно принялась за работу, подняв такую волну брызг, что мне пришлось отодвинуть подальше пачку макарон.

— Осторожнее, шеф. Мы готовим ужин, а не устраиваем потоп.

— Я мою!

— Вижу. И помидоры тоже это заметили.

Она звонко рассмеялась, а я покачала головой и занялась ужином.

Мы болтали о детском саде, спорили о том, сколько сыра нужно натереть, и выбирали самые красивые помидоры для тарелки. Я сварила пасту, Соня разложила вымытые овощи на полотенце, а потом мы вместе посыпали горячие макароны сыром.