Книга Последняя из рода Белых драконов. Том I, страница 114 – Кристина Р

Это всё было ненастоящим — видимость для остальных. Но ещё никогда я так искренне не хотела, чтобы поцелуй не заканчивался. Колени вновь онемели, вынудив ухватится за него. Кожа проминалась под напором моих напряжённых пальцев. Его рука скользнула вниз от поясницы. Сжатая в чужой ладони ягодица, заставила выдохнуть тихий стон, разорвавший поцелуй.

Мы тяжело дышали, опаляя друг друга горячим воздухом. Ресницы дрожали, я не знала, как реагировать. Вцепившись рукой в его шею сзади, боялась упасть, если отпущу.

— Видишь, — я слышала его улыбку в голосе, гладя кончиком носа колючий подбородок. — Ты умеешь быть покорной. Просто не хочешь.

Я распахнула глаза, делая быстрый шаг назад, сбрасывая с себя его руки. То, что секунду назад было самым желанным, сейчас злило неимоверно. Аракс удивлённо приподнял бровь.

— Я не хотел тебя обидеть.

— Спасибо за помощь, — сухо ответила я и, развернувшись, быстро пошла в свою комнату.

Думать не хотелось. Я металась по небольшой гостиной, пытаясь убежать от непрошенных мыслей. Мечты о сне улетучились, казалось, безвозвратно. Меня остановил стук в дверь. Я замерла у окна, выпрямив плечи и опустив ладони на живот. Стараясь придать голосу холод, громко произнесла:

— Войдите.

Едва взглянув, попыталась вернуть внимание на луны, то и дело поглядывая на него. Аракс казался расслабленным, движения были плавными, неторопливыми. Остановившись сбоку, он вытянул передо мной сжатый кулак. Я протянула руку. В раскрытую ладонь легла маленькая белая орхидея, заставив вздрогнуть.

— Поздравляю с победой.

— С твоей?

— Я не участвую.

Я кивнула, не понимая, что чувствую. Вроде бы должна радоваться, но что-то скребло в горле.

— Сейчас или всегда?

— А это важно?

Я подняла на него взгляд.

— Ну если спрашиваю, то да.

Он склонился, едва касаясь виска уголками губ:

— Всегда.

Я сдержала улыбку. Аракс отстранился и так же неторопливо покинул комнату.

Рейвен стоял в полутёмной торжественной зале. Несколько подсвечников с десятками свечей в каждом не могли осветить всё помещение. Величественные колонны пронзали пространство, удерживая свод. Здесь было душно и прохладно.

По левую руку от него стоял наследник Мендона, пересёкший Ласковое море дальше от берегов, чтобы ни один дозорный не видел его зелёного крыла. Тем же маршрутом за день до него прибыл и Рейвен. За Мендоном, в одну линию, — средний сын короля Вердивалии. Он прошёл сквозь Верден на обычной лошади, напоенной зельями, укутанный в плащ, скрывавший доспех. Под покровом двух лун пересёк границу с Крайеном, чтобы на следующую ночь встать здесь третьим королевским двором, свидетельствовавшим брак.

На возвышении восседал король Кортезия, королева отказалась присутствовать, нарушив все протоколы. Она была в своей комнате и, опустившись на колени перед кроватью, оплакивала судьбу старшего сына. Кому, как не Ваноре, было известно, что брак стоит на плечах женщины. Она же, подчиняясь воле мужа, клала своё дитя на руины.

Гвирен, воспитанный к престолу, стоял, расправив плечи. На его лице не было ни счастья, ни горя, только долг. Через десять лет он должен был вступить в брак со всем размахом. Залу бы освещали лучи полуденного солнца, на троне слева от отца должна была сидеть его мать, а невеста дарить улыбку и надежду. Но та, которую ему определили, сейчас висела на дверях родового замка Белых драконов, прибитая, пусть не его рукой, но с его помощью.