Книга Младшая внучка, страница 128 – Дина Зарубина

— Пора, – Эммет погладил Линду и вышел.

При такой внешности просто невозможно плестись или сутулиться. Эммет развернул плечи, выпрямился и пошел туда, где гремела музыка. На бал, будь он неладен. Он еще никогда не был на королевском балу и не горел желанием там очутиться.

Бальный зал горел огнями, пах сладкими духами, флиртом и алчным нетерпением. В глазах дам горел азарт охоты на ценную дичь.

Его не объявили, и он облегченно выдохнул. Больше всего Эммета страшил момент, когда все обернутся и уставятся на него, как многоглазый зверь. Он тихо вошел через любезно открытый лакеем боковой вход и встал за колонной, пытаясь сориентироваться.

Тут танцевали. Юные доньи порхали и кружились, кидая кокетливые взгляды на кавалеров. Им не уступали замужние донны, одетые ярче. Их взгляды были смелее, а объятия плотнее. По краям зала стояли и сидели кучками дамы, строго взирающие на своих и чужих подопечных. Стая одинаковых молодых людей охотилась на выгодных невест, синхронно разворачиваясь в танце, как косяк рыб.

Эммет почувствовал, что привлек внимание и поспешно отступил, взяв бокал воды. Распахнутые стеклянные двери завели его в соседний зал, где музыка была не такой громкой, тут не спеша прохаживались те, кто желал спокойно побеседовать. В дальнем конце сияли белизной скатертей фуршетные столы. Эммет вдруг ощутил голод. Наверное, от волнения, он же ел недавно.

Он подошел, взял тарталетку с рыбой и тут же попал под обстрел любопытных изучающих глаз. На него смотрели, о нем шептались.

Что бы они сказали, если бы узнали, что он только сегодня так вырядился?

[1] Айлант - это род листопадных быстрорастущих деревьев семейства Симарубовые. Родина растения — Китай. Часто его называют «китайский ясень», широко используется в озеленении из-за неприхотливости.

[2] Длина нити шелкопряда: минимум 400м, в среднем 800-1000м, некоторые виды до 3 км.

О нет! К нему уверенно поплыла миловидная блондинка в красном платье. За ней семенил лысый толстяк.

— Добрый вечер, – голос у блондинки оказался густой, обещающий сладкое густое блаженство. – Простите мое любопытство, я раньше вас не встречала.

— Я впервые во дворце Жемчужной тишины, – был вынужден ответить магистр.

— О! Тогда… – блондинка бросила взгляд на толстяка.

— Позвольте представиться, барон Дагли. Моя супруга, Луиза.

— Магистр Мар Абеши, – сказал Эммет. И с дурной лихостью добавил: – Тот самый.

Он просто уже устал бояться. Пусть его скорее вытолкают в шею из этого роскошного зала и не менее блестящего общества.

Блондинка коротко вскрикнула и уставилась на него во все глаза с плотоядным интересом.

— Не может быть! – вскликнул барон, делая шаг назад. – Это так…

— Так волнующе, – промурлыкала блондинка. – Расскажите же мне все! Все, что с вами случилось! У вас такая интересная, захватывающая жизнь!

У него? Эммет моргнул. Да у него самая заурядная и скучная жизнь! Ему все об этом говорили. Впрочем… сами напросились!

— Знаете, шелковыделительные железы находятся на голове гусениц шелкопрядов, – с готовностью начал он. – Выделяются нити с двух сторон, а гусеница соединяет их в одну нить, которой и начинает себя обворачивать.

Губы блондинки изобразили букву «О», а в глазах барона мелькнула паника.

Через пять минут блондинка бросала вокруг безмолвные призывы о помощи, а Эммет держал барона за пуговицу сюртука и азартно рассказывал ему о перспективах развития шелкотканного дела в Кэллавейне.