Книга Вторая первая любовь, страница 156 – Анна Завгородняя

Я — леди Вивиан в теле бедной погибшей Мерион Шортон? Быть такого не может! И все же, звучит вполне правдоподобно, если вспомнить все то, что сейчас сказал лорд Уэлс.

— Память вернется, — предположил маг. — Она уже возвращается и слава богам, что не стремительно. Иначе, — он покачал головой.

— Иначе я сойду с ума, — прошептала и поднялась на ноги. Брандон попытался было пойти следом, но я покачала головой.

— Мерион? — позвал муж.

— Вивиан! — с надеждой окликнула меня леди Брей.

А я обхватила голову руками и прошла от стены до стены, пытаясь совладать с переполняющими эмоциями.

* * *

Слова Уэлса не давали мне покоя. И лежа в постели, глядя в потолок, я думала о том, что Эдгар может быть прав. Если его предположения верны, то это многое объясняет!

После разговора в гостиной мы остались у Брейев погостить. Я сначала запаниковала, хотела как можно скорее уехать, но леди Брей так просила нас остаться, что я сдалась. И вот теперь, лежа на широкой кровати в спальне прежней леди Вивиан, понимала, что в моей голове пробуждается память человека, которого я считала чужим.

— Ты в порядке? — Брандон вошел ко мне держа в руках поднос с травяным чаем. — Вот, выпей, — он присел на край кровати и протянул мне напиток. — Это приготовила горничная по просьбе леди Брей, твоей матери.

Я села.

— Мне сложно принять Брейев, — призналась и взяла кружку. Фарфор приятно согрел руки, а запах оказался знакомым, как, впрочем, и многое в этом доме, начиная от его владельцев и заканчивая прислугой и предметами мебели. Сделав глоток, вспомнила, как вошла в комнату Вивиан, причем я сама нашла ее, без помощи служанки, которая провожала меня, указывая путь. Брандон пришел позже, когда я успела вымыться и сменить дорожное платье на домашнее, простого, но элегантного кроя.

— Никто не заставляет тебя принимать их сразу, — проговорил виконт. — Но ты ведь что-то чувствуешь к этим людям?

— Чувствую. Но мои родители — это мистер и миссис Шортон, — возразила я. — Даже если предположения Уэлса — правда, как, — я покачала головой, — как я скажу им, что я не Мерион? Что их дочь давно мертва, а я словно паразит заняла ее тело.

Брандон кивнул.

— Но в том нет твоей вины, — сказал он.

Я выпила чай, вернула опустевшую кружку и легла на бок, глядя в пространство.

— Тебе надо поспать. Утро мудрее вечера, — предложил де Гирр.

Он поставил поднос на столик и лег рядом, обняв меня в попытке поддержать. Я благодарно уткнулась носом в его руку и закрыла глаза, призывая сон.

Чета Брей уговорили нас задержаться и погостить. Уже на следующий день леди Брей сразу после завтрака позвала меня на прогулку.

— Вы не откажетесь составить мне компанию, виконтесса де Гирр, — обратилась она официально. Я вспомнила, как попросила ее обращаться ко мне по имени и вдруг поняла, что леди Брей сложно называть меня Мерион, если в ее глазах я олицетворяю Вивиан, ее погибшую дочь.

— С радостью, — ответила согласием и взгляд женщины вспыхнул от радости.

Мужчины отправились в кабинет лорда Брейя, а мы с хозяйкой дома вышли в парк, благо день выдался солнечный и пригожий.

— Расскажите мне о себе, виконтесса, — попросила леди Брей, когда мы пошли по тропинке к высокому дубу, который привлек мое внимание еще вчера. Я вдруг вспомнила, как маленькой девочкой то ли я, то ли бедная леди Вивиан, играла здесь и каталась на веревочных качелях, которые специально для нее распорядился повесить на ветке лорд Брей.