Книга Отдел примирившихся врагов, страница 117 – Эвелина Шегай

Она успела поднять щит перед ними за мгновение, как в него врезалось два коротких метательных кинжала. Один был предназначен ей, второй – Рикарду. Послышалось цоканье мужских каблуков, символические хлопки в ладони и, наконец, ненавистный голос Иезавеля:

— Как всегда блестящие рефлексы, сестричка, – он вышел из тени неподалёку от входа в подъезд и, предусмотрительно сохранив дистанцию метров в десять, мерзко пожаловался: – Я так сильно расстроился, когда узнал о твоём выходе из клана. Ты даже представить себе не можешь всю глубину моих страданий. Но потом я немного поразмыслил и понял, что это даже к лучшему. Упрощает кое-какие досадные мелочи, поэтому, сестричка…

— Никакая я тебе не «сестричка», – ядовито прошипела Белладонна, не выдержав, и покосилась на лежащий на полу телефон, вроде продолжающий работать. Надо было его как-то подобрать. Если их похитят, то он ей ещё пригодится.

— Да, именно! Теперь ты не «сестричка», и это просто превосходная новость!

— Это тот самый? – вполголоса уточнил Рикард, очевидно, ни слова не понимающий из того, что они говорили на флемоанском языке. Она рассказывала ему об Иезавеле, не углубляясь в детали. Так, в общих чертах обозначила, что он больше всех приложил руку к тому, чтобы сделать её жизнь невыносимой в клане. Более или менее подробно рассказала только о случае с Микой. – Я чую ещё двоих.

— Троих. Их здесь четверо.

— Ох, а ты, как и прежде, падка на всякую животину. И что же мне делать с этим твоим уродливым пристрастием? Как же мне тебя наказать?.. – Иезавель задумчиво постучал указательным пальцем по выпущенному клыку и подцепил его подушечкой большого, из-за чего к центру ладони устремилась тоненькая струйка крови. – Как-то сегодня у меня не очень с воображением. Хотелось бы придумать что-то такое эдакое, но ничего в голову не приходит… обидно. Тогда просто убьём его.

— Ты не посмеешь, Рикард из королевской семьи!

— Изоббела, – обратился он к кузине, являющейся второй по старшинству дочерью Эржебет. И прежде чем Белладонна успела предостеречь напарника, та шагнула из тени.

— Опуститесь на колени, – приказал мелодичный женский голос, которому они тут же подчинились, – и не двигайтесь.

Обычно между вампирами одной возрастной прослойки формировалась особая связь за счёт того, что они якобы подрастали вместе: учились контролировать свою природу, вкушали новые возможности и впитывали социальные нормы вампирской среды, видя на примере друг друга, какие ошибки лучше не допускать. Скорее всего, раз Изоббела здесь, то и Афан тоже. Эта троица по-своему близка.

— Что за…? – растерянно пробормотал Рикард.

— Приказы действуют не больше пяти минут, постарайся поймать окно, – произнесла на ирашском Белладонна и встретилась взглядом с гнусно улыбающимся Иезавелем, присевшем на корточки, чтобы поднять её телефон.

— О, Марсель, – прокомментировал он. Видимо, звонок не сбросился, и всё это время тот слушал их разговор. – Здравствуй, маленький предатель. Жаль, сегодня я до тебя уже добраться вряд ли успею… о-о, так у тебя тоже характер прорезался. Ну надо же. Я удивлён… А, всё, понял!.. Должно быть, Белладонна посвятила тебя в тайну твоего кровавого рождения… Да, конечно… Попытайся… Какие громкие слова!.. Хорошо, но запомни: если я найду тебя первым, то обязательно начну с твоей лисы.