Книга Отдел примирившихся врагов, страница 25 – Эвелина Шегай

Белладонна отвернулась, делая вид, что рассматривает другую часть коридора. Её так развеселили эти забавные умозаключения, что появилась угроза оказаться пойманной с поличным проницательным Рикардом. В такие моменты становилось особенно сложно притворяться не понимающей ирашский язык – из-за наивных речей этой по-своему очаровательной девочки она не единожды находилась на волоске от разоблачения.

— Я бы тебе объяснил, почему ему так сложно принимать твою помощь, – он нежно приобнял сестру за плечи и положил подбородок ей на голову. – Но некоторые вещи ты должна осознать сама, без чужих подсказок.

И всё же Рикард – прекрасный старший брат: терпеливый, надёжный, заботливый. Так и не скажешь, что у них разница в возрасте всего в пару минут. Он вёл себя как зрелый мужчина, на которого хотелось возложить все свои невзгоды и наконец-то выдохнуть с облегчением от свалившейся с плеч непомерно тяжёлой ноши.

— Да ты тоже ничего не знаешь, только умный вид делаешь…

— Ну, я хотя бы умею делать вид, – хмыкнул Рикард и сжал её в объятьях, потому что Валери тут же принялась вырываться. У обоих мышцы на руках очертили контур даже через одежду, а на открытых предплечьях из-за задранных рукавов повздувались вены – выглядело красиво.

— Слышь! Да я поумнее тебя буду!

— Ага, в своих фантазиях!

— Пусть мой средний балл в дипломе на двенадцать единиц и меньше твоего, но зато у меня на восемь грамот больше за выдающиеся заслуги в учёбе!

— Сто семьдесят семь минус двести восемьдесят девять, сколько будет?

На миг она замерла с приоткрытым ртом и остекленевшим взглядом. В тишине прошло около минуты, а потом взорвалась бомба:

— Эй! Вот это подлость мирового масштаба! Просто удар ниже пояса!.. Ты же знаешь, что у меня с математикой нелады…

— Ладно. В каком году было основано Кунье Королевство?

— Это тоже цифры!

— Кто написал философский трактат: «Книга пяти колец»?

— Святая корова, ты умеешь взбесить не хуже Мацика!..

— Что и требовалось доказать, – задиристо фыркнул Рикард, а в следующую секунду согнулся пополам из-за пропущенного удара под дых. Кашлянул и сипло прохрипел: – Только драться и умеешь.

— А в этом я вообще гений.

Через четыре часа Марселя перевели в обычную палату. И когда он начал отходить от общего наркоза, им разрешили зайти. Сказать, что брат выглядел забавно, – ничего не сказать. Белладонна прикрыла губы ладонью, уже даже не пытаясь скрыть своего веселья.

Марсель лепетал нечто бессвязное на смеси из трёх языков и блаженно улыбался, будто под концентрированным опиоидным зельем. Вокруг него крутилась медсестра, что уговаривала, как капризного ребёнка, пить маленькими глотками через трубочку синтетическую кровь. Параллельно она объясняла им, что конкретно с ним делали в операционной и какая реабилитация ему предстоит.

Когда девушка отошла, Марсель потянулся единственной целой и неперебинтованной конечностью к пульту управления, встроенному в ручку больничной кровати, но сейчас его координация оставляла желать лучшего, поэтому он попал мимо кнопок и, кажется, сам себя этим развеселил.

— Выжарки кошачьи… Мацик, что ли, совсем дурачком стал?.. – Валери испуганно посмотрела на своего брата. – Он теперь таким останется навсегда?!

— Он всего лишь отходит от наркоза. Ты, когда от него отходила, говорила, что хочешь съесть жопу. При этом чью – не уточняла. Возмущалась из-за того, что тебя вырубили чайником. Наезжала на дверь палаты, потому что её габариты были шире, чем твои. А потом вообще разрыдалась из-за аттракциона, с которого у тебя не получалось слезть, – припомнил Рикард с ностальгическим выражением лица. – Эх, я так много, как в тот день, никогда не смеялся. У меня чуть пупок не развязался.