Книга Отдел примирившихся врагов, страница 44 – Эвелина Шегай

— Знаю. Я вижу, что с Дарси что-то нехорошее в последнее время происходит.

— Как это мило, – ядовито процедила она и отвернулась. – Твой беззащитный цветок в прошлом загулял от лидера банды и подставил под удар собственную мать, сделав ту колясочной калекой.

— Ну, все оступаются, – немного сконфуженно пролепетал Рикард. – Но сейчас она наверняка раскаивается и сожалеет о своём поведении в прошлом. Каждый может по незнанию оступиться.

— О да, сожалеет.

— Почему ты её так сильно недолюбливаешь?

— Мне она безразлична, – искренне заявила Белладонна. Как можно было не понять, что недолюбливала она исключительно его отношение к этой девке? На саму Дарси ей абсолютно плевать. – Она как вела беспорядочную половую жизнь в молодости, так и продолжает это делать по сей день. О каком раскаянии идёт речь?

Резко поднявшись с постели, Рикард обошёл кровать и встал напротив. В выражении его лица читалось множество чувств: от горького разочарования до тусклой веры, что всё не так плохо, как кажется на первый взгляд. Он ещё больше нахмурил брови, почти сомкнувшиеся на переносице, и бесцветным голосом задал ожидаемый вопрос:

— Ты угрожала Дарси, что расскажешь о её личной жизни матери?

— Почти. – Белладонна по какой-то причине не могла поддерживать с ним сейчас зрительный контакт, поэтому отвела взгляд в сторону. – У меня на руках оказалось полезное видео.

— Что за видео?

— На нём она участвовала в групповом сексе с тремя оборотнями.

— Как оно к тебе попало?

— Так получилось… – начала объяснять она и запнулась, не зная, говорить правду или лгать о перехвате детективом. Сможет ли он понять и принять её радикальное решение? Сейчас ей нельзя было лишиться его благосклонности. Слишком многое стояло на кону.

— Ты угрожала, что покажешь видео её матери?

— Да.

— Но на самом деле не стала бы этого делать, правда?.. – Рикард подхватил двумя пальцами её за подбородок и развернул лицо, чтобы заглянуть в глаза. Прочёл в них ответ, который, очевидно, ему не понравился, и отшатнулся к креслу. – Донна, что ты творишь?.. Родители – это святое… должны же быть у тебя хоть какие-то рамки, за которые нельзя выходить.

— У меня нет таких рамок.

Несколько минут они провели в полной тишине. Он сидел, глубоко склонившись над коленями с закрытым ладонями лицом, и о чём-то думал. И чем дольше молчал, тем тревожнее становилось у неё на душе. Появилось чёткое ощущение затишья перед бурей.

— Рикард, – мягко позвала его Белладонна.

— Знаешь, я думаю, нам надо пересмотреть наши отношения, – холодно произнёс он, поднялся на ноги и стал одеваться.

— Я всё исправлю, – торопливо заверила она, чувствуя, как беспокойство сжало ей горло ледяными руками. Не стоило с ним так откровенничать – крайне глупо было рассказывать самой правду о шантаже Дарси. Что на неё вообще нашло? – Подожди, не принимай поспешных решений. Мы всё ещё…

— Я помогу тебе выйти из клана, – перебил её Рикард со знакомой кривой улыбкой, от которой не исходило привычного согревающего тепла. – Не беспокойся за деньги, функцию сейфа я выполню. Метку ты уже получила. По идее, от меня больше ничего не требуется, так ведь?

— Всё не так… Поначалу я и правда хотела просто использовать тебя, но сейчас всё изменилось. – Белладонна выбралась из постели и подошла к нему. – Пожалуйста…