Книга Усадьба Сфинкса, страница 96 – Константин Образцов

Никаких существенных улик обнаружено не было, а из всех свидетельских показаний интерес представляют только слова дворничихи Наргизы Мурадовны Магомедовой, которая ранним июльским утром успела заметить большой черный автомобиль – цитирую: «Как тот, в котором начальство ездит», – отъезжавший от автобусной остановки, где та же Магомедова нашла труп Анны Бертельс, сидевший удивительно прямо и смотревший перед собой закатившимися глазами. Очевидно, убийца под неизвестным предлогом заманивал девушек в машину, каким-то образом подавлял в них волю к сопротивлению, душил, откусывал кусок плоти от еще теплого тела, после чего под покровом ночи вывозил трупы в различные районы города.

— С одной стороны, это чрезвычайно функциональное поведение, – заметила Алина, – и укус является не следствием удовлетворения непреодолимого желания или несдержанной страсти, а тоже несет в себе какую-то пока неизвестную еще нам функцию. Но с другой, это все очень сложно и чрезвычайно рискованно: охотиться с использованием автомобиля, усаживать будущих жертв в салон среди бела дня, возиться с возвращением тел обратно вместо того, чтобы вывезти из куда-нибудь на болото или в карьер. Если бы он был просто маньяком с фиксацией на самом акте удушения молодой девушки, проще было бы подкарауливать их ночами в темных подворотнях, душить и кусать в свое удовольствие, а потом бросать и спокойно скрываться во тьме. Я уже говорила об этом, а сейчас почти на сто процентов уверена, что ему по какой-то причине нужны были именно эти девушки и он шел на любые трудности, чтобы настичь их.

— Это разумное предположение, – кивнул Адахамжон. – Поэтому я отдельно занялся изучением жертв. Прежде всего, конечно, обращает на себя внимание вот что…

Он развернул к Алине и Зое ноутбук.

— Полистайте, пожалуйста.

— Как артистки, – выдохнула Зоя.

— О да, – согласился Адахамжон. – И даже лучше.

С черно-белых фотографий на экране, как будто с афиш старых нуарных фильмов, смотрели восхитительные красавицы: темные локоны и светлые кудри, глаза, прикрытые по-девичьи томно или смотрящие весело и озорно; чудесно очерченные губы, белозубые улыбки, теплая женственность и юная свежесть образов – каждая из восьми девушек составила бы украшение любой киноленте. Возможно, когда-нибудь такое действительно могло бы произойти, но дальше шли уже совсем другие снимки: тела, недвижно лежащие ничком на лавке, прислонившиеся к спинкам парковой широкой скамьи, поникшие или запрокинутые головы, слетевшая с ноги туфелька, упавшая сумочка, жуткое ожерелье из черных округлых пятен на горле и зияющие вырванной плотью рваные раны на шее, запястьях и даже на щиколотках.

— Ему вообще все равно, куда кусать, – сказала Алина. – Важен сам факт укуса.

— Почему же обязательно «ему», – заметила Зоя. – Что за стереотипы.

— Я очень высокого мнения о женских возможностях, но повреждения, полученные жертвами при удушении, свидетельствуют об огромной силе убийцы. Если это сделала женщина, то ее физические способности далеко выходят за рамки нормы.

— Ты сама говорила, что и способность вырвать зубами кусок тела тоже является аномальной, значит, нельзя исключать и убийцу-женщину. Слово «убийца», между прочим, женского рода.

— Слово «убийца» общего рода, – негромко отозвался Адахамжон.