Книга Птичка для Амира, страница 45 – Люсинда Миллер

— Не приду! — недовольно буркнула и вырвалась наконец из горячего плена его кистей.

Валиев довольно рассмеялся и оставляя последнее слово за собой, тихо добавил:

— Придешь.

Тутон*- хлебное тесто, обжаренное на масле или жире. Национальное блюдо провинции Ньюфаундленда.

Амир

Прошло две недели с того дня, как рыжеволосая особа спонтанно осталась у меня на ночлег. Девушка вела себя скромно, не показывая своей взрывной сущности, готовила завтрак в те дни, когда не уходила на работу. Избегала провокационных тем, надевала поношенные футболки и трико, которыми заполнила полку в моем гардеробе. А меня все больше накрывало от ее присутствия, суеты вокруг варочной панели и уборки в квартире. Догадывался о причине ее рвения: компенсация за проживание. Да я готов ей приплачивать за присутствие в моем логове, только бы позволила большее.

— Зарян, я сегодня не приеду ночевать в город, — известил по утру квартирантку.

Она вскинула голову, как тушканчик из норы, смешная в своей доверчивости. Ожидал что спросит о причине моего отсутствия, а нет, поджала губки и продолжила есть.

— Спасибо что сообщил, но ты не обязан отчитываться, — ответила с безразличием.

А меня вывела ее безучастность. Проглотил ее вместе с завтраком, что стал резко безвкусным и сухо попрощавшись, поспешил из дома.

Вечером в Буцефале намечались посиделки с парнями. Как правило с выпивкой, игрой в нарды, купанием в сероводородном источнике и горячими девочками. Два пункта программы я точно включил в развлечение, а вот с женским полом иметь дела не желал. Точнее желал, только с одной недоступной.

— Амир, тебе кого вызывать из девочек? — пьяным голосом спросил Боря. А я чуть было не выдал: Зарянку.

— Сегодня я пас, ребята.

— Что, настолько пьян, что девку не трахнешь? — заржал собеседник. — Не верю! Слышь, Рустамчик, — перекинулся на друга Борис, — У Валиева сегодня не стоит, берем троих себе, — все больше веселясь от своей шутки.

— Ибрагиму предложи.

— Не, Ибрагим верен жене, не поддается соблазну, — отмел вариант Боря.

— Отстань уже от ребят, Козин, — вступил в беседу Рустам. — А ты изменился, Амир. — довольно трезво посмотрел он на меня. — Все та же рыжая бармен будоражит?

— Будоражит и что с того? Не хочет она меня. — поднялся из-за стола. — Ладно, я пойду в свой кабинет, просплюсь и утром вернусь в Пятигорск.

Проснулся, едва затеялся рассвет. Умылся, почистил зубы, выпил кофе и поехал в город. Хотел еще ночью на такси вернутся, желая находится рядом с Птичкой, но не отвечал за свои действия. Мог на пьяную голову беды натворить.

Стоило переступить порог квартиры, как в поле зрения попала фигура моей певуньи. Одетая лишь в трусики и лифчик, с наушниками, не замечая моего появления, Заряна продолжала пританцовывать и подпевать в такт мелодии, кажется что-то на немецком языке. Удивился ее познаниям в иностранной лингвистике.

Утренний ветерок, проникающий в распахнутую дверь лоджии, шевелил тюль, наполняя прохладой комнату. Я невольно залюбовался грацией ее нежного тела и прислонившись боком к деревянной стойке, зорко следил за волнительными движениями тела. Вот как тут устоять? Шансы только у гея. А я стопроцентный гетеросексуал. Почувствовав чужое присутствие, Заряна замерла и вынув аксессуар с ушей, резко повернулась. Наши глаза встретились. Ее испуганный и мой жадный.