Книга Птичка для Амира, страница 66 – Люсинда Миллер

— А теперь что ощущаешь? — наклонился ко мне. — приятно становится? — и начал совершать поступательные движения, то частые подрагивающие, то резкие почти выходя и входя снова на всю глубину.

Я молчала, привыкая к ощущениям, понимая что не так уж больно и противно действие.

— Заряна, — услышала рычащее, — ответь: тебе нравится?

— Да…

Амир прекратил ласку, зашуршал одеждой и я ощутила уже головку члена у входа.

— Пожалуйста, не надо туда, Амир.

— Я и не буду, в киску тебя возьму, но придет время и туда им войду, — и резко вошел в оба кольца: членом во влагалище, пальцем в анус.

— Ай, больно, не надо, — попыталась вырваться, но край столешницы упирался в бедра, лишь углубляя вхождение.

Но Амир не слышал меня, наращивая темп бедрами и входя на всю длину, палец жил своей жизнью как и мои органы промежности, сквозь неудобство и неприязнь начиная получать несказанное удовольствие. Оргазм я словила спустя десяток движений и такой мощности, что, улетев на его бескрайнюю высоту, думала там и останусь, умерев.

Я пропустила валиевский финал, и он, упав на меня тяжело дышал, приходя в норму, распластав мое тело по столешнице, прижимаясь жаркой потной грудью к спине.

Упираясь ладонью о поверхность стола, со смешком сказал:

— Еще один урок выучен и экзамен сдан. Хоть где-то я первый, — довольно.

— Козлевич ты, а не Валиев.

— Нет, то персонаж из «Золотого теленка». Вставай, вижу, что жива. А то платье испачкаем, хотя теперь можно выбросить, другие куплю.

— Ни в коем случае, — поднялась, кряхтя. — Оно добавило новых воспоминаний.

— Люблю тебя, — услышала тихое и мои губы накрыло кратким поцелуем.

Что Валиев сказал только что??? Но он прервал слияние и отвернувшись двинулся в душ. Амир меня любит? Да ну, порыв на пике сексуального удовольствия и не более.

Амир

Отец позвонил спустя неделю, после того как я вернул им Шамиля. Поговорив о работе и моих личных делах, все же подвел разговор на отношения с Заряной. Н-да, не быть младшему братцу Штирлицем, не быть. Я сухо ответил, что ничего не ясно, но да, пытаюсь строить отношения. И теперь спустя месяц он позвонил снова, сообщив что ждут меня и мою девушку на ужин. Я и не скрывал Заряну от друзей, но как она отреагирует на визит к родным не знал.

— Кто нас ждет на ужин? — повернулась от зеркала, застыв с тюбиком туши в пальцах.

— Отец с мачехой. Шамиля ты уже хорошо знаешь.

— Подожди, Амир, — приблизилась, ожидая найти подтверждение, что я не пошутил. — Ты сказал родителям что я живу у тебя?

— Не я, Шамиль разболтал. Уверен на сто процентов.

Заметил как напрягся мозг в рыженькой головке, и в ответ напрягся я. Неужели знать не хочет, где я жил некоторое время. Ведь до пятнадцати лет я жил с матерью, а когда стал неуправляем, она привезла меня к отцу и тогда пришел конец моей вольной жизни. Хотя сам родитель в былые девяностые имел казино и не гнушался рэкетом. Его даже ранили однажды, после чего мать и развелась с ним, боясь что и ей срикошетит за его незаконную деятельность.

— Заряна, ты чего волнуешься?

— Не знаю. Вы Валиевы, такие семейные все, — нахмурила брови. — Сплоченные, особенно семья Расула. Чувствую себя лишней на вашем празднике, как будто взяла семейный альбом без спроса, — погрустнела взглядом под конец исповеди.