Книга Безымянный. За гранью прошлого, страница 22 – Елена Архипова

Она всхлипнула и улыбнулась — криво, сквозь слёзы в глазах, но улыбнулась.

— Ты правда идиот.

— Знаю.

— И я тоже идиотка.

— А ты почему?

— Потому что люблю тебя. За пять дней влюбилась. В угрюмого психа-отшельника.

Макар замер, его сердце ухнуло куда-то вниз. Он с трудом сглотнул, только кадык на шее дернулся, выдавая его волнение.

Она гладила его по щеке, по бороде, провела пальцем по шраму на левом виске, накрыла ладошкой слепой глаз, погладила и его, глядя в бельмо без страха и отвращения.

— Сама не понимаю как, но люблю. Влюбилась там, у тебя, в хижине. Вот в такого. Сурового и надежного…

— В такого дурака… — договорил за неё.

Макар медленно, словно боясь, что она оттолкнет, наклонился к её лицу, запустил пятерню в волосы на затылке и припал к её губам, как к источнику с родниковой водой.

Он поцеловал её нежно, невесомо, как трогают крылья бабочки, боясь нажать чуть сильнее, чтобы не сломать.

И она ответила, обняв его за шею, вцепившись в его плечи, зажав в кулаке рукав рубашки, словно отпусти она руки, и он исчезнет.

Они стояли на пороге её дома, целуясь и не думая о том, что их могут увидеть. За стенами шумел ветер в соснах, и где-то далеко куковала кукушка. Деревня просыпалась, за забором кто-то охнул, кто-то кашлянул, кто-то на кого-то шикнул.

Но им было всё равно. Потому что впервые за долгое время оба чувствовали, что им хорошо и надежно.

Неизвестно, сколько бы длился их поцелуй, но чей-то противный и гнусавый голос, на который Макар даже не обратил вначале внимания, заставил Анну сначала замереть, а потом сжаться.

Она отстранилась и словно не веря самой себе, выглянув из-за плеча Макара, выдохнула:

— Игорь? Приехал? А ты как здесь? Что ты тут делаешь?

Макар почувствовал, как Анна сжалась под его рукой. Напряглась вся, словно струна, готовая лопнуть. Он обернулся, не отпуская её, и увидел мужчину.

Тот стоял у калитки — высокий, подтянутый, в дорогой кожаной куртке и модных джинсах, явно не из местных, иначе Макар бы его знал.

Волосы аккуратно уложены, на лице щетина, но стильно и дорого подбрита в салоне, одна рука в кармане, во второй зажаты ключи от машины. Лицо холеное, самодовольное, уверенное.

Его оценивающий и презрительный взгляд скользнул по Макару, мужик скривился и, игнорируя Макара, обратился к Анне:

— Аня, я приехал за тобой. Пора заканчивать этот детский сад. Показала характер, пора и в город возвращаться.

Анна шагнула вперёд, выходя из объятий Макара, но тот не отпустил её полностью — ладонь осталась лежать на её талии, крепко, властно.

— Игорь, что ты здесь делаешь? — голос её звенел возмущением, но она держалась. — Я же тебе ясно сказала — между нами всё кончено.

— Ничего не кончено, — отмахнулся Игорь от её слов, как от назойливой мухи, — ты просто обиделась, я понимаю. Но, Ань, хватит уже дуться. Ну, правда. Собирайся, поехали домой.

Макар молчал и изучал этого типа — гладкого, уверенного в себе, привыкшего, что ему не отказывают. Таких он видел много. На гражданке, в городе. Те, кто не знают, что такое настоящая боль, настоящая потеря. Для них всё — игра.

— Я не поеду, — твёрдо сказала Анна. — Игорь, уезжай. Я уже всё тебе сказала. И моё мнение не изменилось на этот счет. А мне и здесь хорошо.

Игорь усмехнулся, качнул головой: