Книга Я буду ждать тебя в Париже…, страница 22 – Марьяна Литвина

Ник указал на один из старинных домов, окна которого горели огоньками. Они остановились напротив этого дома. Там внутри кипела жизнь. И, может, в данный момент очередной красивый мальчик получал свой первый урок любви. Откровения Ника ничуть не смущали Аню, а наоборот добавляли ему какой-то трогательности.

— Кристин творила чудеса, но была при этом деликатной. Она показала мне как нужно правильно любить женщин на огромной кровати с включенной люстрой. Я был невероятно счастлив, что это случилось именно так, а не на родительской кровати в чьем-то доме под клубную музыку и чей-то громкий смех за стеной. А потом мы с папой пошли в Мулен Руж. Пили шампанское и смотрели шоу.

Ник посмотрел на часы:

— Идём.

Они подошли к ярко красному зданию со светящейся мельницей.

— Папа предпочитал другое кабаре. Но Мулен Руж – это классика. И мы пошли тогда сюда, – Ник увлёк Аню внутрь.

Похожий на Жана Рено метрдотель в дорогом костюме указал Ане и Нику на их столик. Пока они шли к назначенной цели через зал с приглушенным светом, мужчины за другими столиками бросали взгляды на Аню. Она этого не замечала, а Ник, замечавший всё, крепко держал её за талию. Дамы в красивых вечерних платьях сверкали украшениями, мужчины в элегантных костюмах звенели бокалами. Ник и Аня сели за маленький столик: их стулья находились в непосредственной близости друг от друга, что заставляло Аню испытывать некоторую неловкость. Официант принёс шампанское и закуски. После пары глотков игристого Аня смогла немного расслабиться, хотя они с Ником соприкасались плечами и он периодически что-то рассказывал ей на ухо. К ним подошёл слегка жеманный фотограф с выкрашенными в пепельный блонд волосами. Ник прильнул в Ане, обняв её. Фотограф нажал на кнопку фотоаппарата, взглянул на цифровой экран и показал большой палец. Ник улыбнулся ему. Вскоре красный бархатный занавес распахнулся и началось представление. Красивые танцовщицы в вычурных нарядах с обнаженными торсами танцевали кан-кан. В перерывах между танцами на сцене появлялись акробаты и фокусники. Ане казалось, что она попала в начало двадцатого века и снаружи сейчас ездят редкие смешные автомобили с круглыми фарами. Аня завороженно смотрела на сцену. Она пила шампанское в компании мужчины, которого знала несколько дней, не могла оторвать глаз от полуголых статных артисток кабаре и ей это без сомнения нравилось. Хорошо, что её мама этого не видит. Аня даже не думала о Паше, который, наверное, сейчас пил виски после ужина в баре у бассейна, как и тысячу раз до этого. И он совершенно точно впал бы в ступор, если бы увидел, чем занимается сейчас его жена по собственному желанию с огромным удовольствием.

После шоу Аня и Ник шли к выходу. Аня держала Ника под руку, так как ощущала усталость в ногах от лаковых лодочек в конце вечера. Из ниоткуда перед ними возник фотограф с волосами цвета пепельный блонд и вручил Нику две фотографии в рамке и два коробка спичек с этой же фотографией. Аня открыла рот от восторга. Это было очень красивое фото, будто из журнала светской хроники.

— Тебе нравится? – спросил Ник.

Аня утвердительно закивала. Ник расплылся в улыбке. Аня тщетно пыталась вспомнить хоть одно совместно фото с Пашей, хотя бы отдалённо напоминающее их это фото с Ником. Даже кадры с их свадьбы не были наполнены какой-то особенной нежностью и магией, которая обычно бывает между двумя влюбленными. Аня и Паша будто были два неподходящих друг другу пазла. На фото в зале кабаре Аня вся светилась изнутри и они с Ником были будто едиными целым.