Книга Я тебя съем, страница 2 – Лана Морриган

— Сегодня мы опять никуда не едем?

А я же улыбаюсь и тороплюсь заверить в обратном:

— Нет, едем-едем. Честное слово! – Трусь носом о мягкую ткань футболки. – Я специально поработала подольше, чтобы точно освободиться перед выходными. Я и вещи собрала. – Выглядываю из-за плеча и встречаюсь с Витей взглядом в отражении зеркала. – Обещаю, в этот раз мы точно поедем к друзьям. Купальник, крем от загара, солнцезащитные очки, все-все уже собрано.

В ответ я ловлю недоверчивую, но все же улыбку и сильнее стискиваю в объятиях родного человека. Уже шесть лет я не представляю жизни без этого мужчины. Красивого, доброго, отзывчивого, самого-самого.

— Ты же проспишь всю природу. Опять ночь батрачила на свою Жабу. – Он разворачивается и, наконец, обнимает меня в ответ.

— Мне и просто рядом с тобой хорошо, – шепчу, радуясь, что конфликт исчерпан.

— Аль, а мне бы хотелось не рядом с тобой, а над тобой или под тобой. Аль, ты же понимаешь, о чем я? – Мятное дыхание щекочет уголок моих губ.

Я поднимаю правую руку и клятвенно произношу:

— Понимаю и обещаю, что на выходных не слезу с тебя с живого!

— Сказочница, – смеётся Витя. – Скорее у меня будет секс со спящей девушкой.

— Ну, тоже неплохо, не находишь?

— Не нахожу. Никаких «у меня болит голова» или «я еще немного поработаю и приду в кровать», поняла? – Указательный палец грозно маячит перед моим носом. – Я не шучу, Аль, я взрослый мужик. Мне нужен секс, мясо и отдых на природе.

— Я поняла тебя, взрослый мужик. – Поспешно целую в губы мужчину. – Тебе чай или кофе? – Выворачиваюсь из объятий и спешу на пронзительный свист чайника.

— Кофе.

— И мне кофе. Много кофе. – К двум ложкам ароматных гранул добавляю еще одну и четыре ложки сахара.

Быстрый завтрак, несколько движений расчески по волосам, блуза, юбка, и я повисла на поручне троллейбуса, медленно крадущегося в сторону университета.

На моем плече объемная сумка с ноутбуком, зарядкой, лекциями для двух курсов невыносимой Жабы Васильевны и часы на запястье, нагло указывающие на мое очередное опоздание. В глазах словно тонна песка, я щурюсь, промаргиваюсь, но неприятные ощущения не уходят. Широко зеваю и получаю тычок в спину – только благодаря утренней давке в транспорте я еще не уснула. На вялое «извините» киваю и нечленораздельно мычу:

— Ничего страшного.

Спотыкаясь, я взбегаю по лестнице, ведущей в главный корпус, киваю приветственно охраннику.

— Ключ еще никто не брал? – интересуюсь, лелея мечту, что остальной преподавательский состав в пятницу решил прийти позже меня и я не буду выслушивать многочасовые нотации о безответственном отношении к работе лаборанта кафедры.

— Нет, держи.

Я радостно выхватываю ключ, ставлю закорючку в журнале и бегу на второй этаж. Первым делом нажимаю кнопку на чайнике в ожидании очередной порции кофеина, достаю ноутбук, аккуратной стопкой складываю лекции Жабы Васильевны на край ее стола и принимаю скучающей вид, словно я никуда и не уходила.

Через пару секунд женщина, запыхавшись, вваливается в кабинет и шумно объявляет о своем появлении:

— Доброе утро, Алечка.

— Доброе утро, Людмила Васильевна.

— Как дела? Как добралась? – Мой ночной кошмар принялся приводить в порядок волосы, укрепляя прическу лаком.

— Спасибо, хорошо. А вы? – Я приоткрыла створку окна, впуская свежий воздух в крохотное помещение, именуемое «Преподавательская».