Книга Шпилькой по хамству, страница 43 – Лана Морриган

— Выведи ее и не пускай больше, — вышла через служебный вход и направилась в аптеку.

Купив обезболивающее и мазь от синяков, сразу же ими воспользовалась. Вернулась в кабинет и прилегла на диван. Вслед за мной зашла Наталья с обедом, я приветственно кивнула головой и попросила оставить пакет на столе. Остаток дня старалась сосредоточиться на работе, информация не усваивалась и я посвятила время разбору стола и полок, заваленных документами.

Когда в кабинет зашел Андрей, я не могла вспомнить зачем он вообще приехал.

— Эй, Кроха, ты чего на звонки не отвечаешь? — указывая на телефон, лежащий, уже на идеально чистом столе.

— Прости, забыла звук включить, — на самом деле, не забыла.

— Ну- ка, глянь на меня… — пересек кабинет и наклонился к лицу.

Я подняла голову и поправила волосы, прикрывая синяк.

— Что случилось? Ты себя видела? У тебя глаза и лицо красные, стоп, а это что!? — убрав прядь волос, указал на скулу.

— У меня температура, кажется. А на лице- это материнская любовь…

— Давай по порядку.

Пересказав события последних двух дней, смотрела на озабоченное лицо брата:

— Я так понимаю, машину сегодня ты смотреть не будешь?

— Не буду, я согласна на твой вариант. Не вижу смысла терять время, если она тебе нравится.

— Хорошо, пошли, я тебя домой отвезу. Лерку сам заберу, перекантуется у нас пару дней, а дальше разберемся.

С благодарностью приняла предложение и добравшись до квартиры, первым делом, выключила все, что может меня потревожить. Поставив на тумбу воду, таблетки и градусник, упала без задних ног и уснула. Всю ночь мучила температура, сон был тревожный, тяжелый, клочками. Следующие два дня провела в кровати, вспоминая добрым словом Смирнова с его вирусом. К пятнице почувствовала себя частично живым человеком, болело горло, но это мелочь по сравнению со всем тем, что было до. Контакты с внешним миром свела к минимуму: родных держала в курсе своего самочувствия; на звонки с незнакомых номеров не решалась отвечать; Лельке была благодарна за то, что спасала меня от голодной смерти.

— Привет, — не выдержав, набрал Андрея, — это Смирнов, можешь сейчас говорить?

— Да, могу. Что случилось, Кроха трубку не берет?

— Да, третий день. У нее все хорошо? — окончательно плюнув, что обо мне подумают, решил не ходить вокруг да около.

— Я бы не сказал… — замялся Андрей. — Слушай, Ярослав, она моя сестра и если она не хочет говорить с тобой, я не полезу.

— Мне не нужны подробности, только то, что все нормально и бывший отвалил, — отбивал ритм ручкой по гладкой поверхности стола.

— Ооо, так ты знаешь…Да эта чокнутая семейка: мамаша руки распустила…

— Не понял?! Какая мамаша, какие руки?! — ручка вылетела из рук, звонко упав на пол.

— Ты не знал… Пришла мать бывшего к Машке на работу, устроила скандал, ударила ее по лицу. Машка сильная… Ну, ты понимаешь?!

— Понимаю… — в этот момент я ничего не понимал, а хотел лишь удавить всех кто обидел Нимфу.

— И заразил ты ее, лежит с температурой, — помолчав, добавил. — Если вы увидитесь, не надо расспросов. Хватит с Машки…

В голове пульсировало "если", что значит если?!

— Я понял, спасибо.

— Ярослав… — выдохнул в трубку.

— Да?!

— Если ты просто…хочешь развлечься, не приезжай больше, — не прощаясь, сбросил вызов.