Книга Весна, которой нам не хватит, страница 132 – Ефимия Летова

— Это мой... друг. Он... помощник полиции. Консультант.

— Полиции! – с горечью отозвалась малья. – Я ходила в полицию восемь раз. Первый – через несколько дней после того, как побывала в этом проклятом Колледже. Они выслушали меня так... пренебрежительно. Мол, молодая вертихвостка, нагуляется и вернётся, да ещё и внука в подоле притащит, вот о чём волноваться нужно, мамаша! Но моя Лисси не такая. Кому об этом знать, как не мне?!

— Но ей уже было за двадцать, – осторожно сказала я. - Неужели у неё совсем не было... жениха? Или просто...

— Лисса была порядочная девушка! - вскинулась малья Чайти. – У неё не было любовников, если вы об этом. К тому же, она работала, много работала. Ну, когда бы ей было гулять-то и с кем? В этом вашем колледже её грузили с утра и до вечера! Да и в женихах ли счастье? Был у меня один такой, так сбежал через год после свадьбы, и брак не удержал! Все они такие…

— А вы поговорили тогда с директрисой?

— Ф-ф-ф! Директриса! Все они одинаковые! – не очень-то было понятно, кого подразумевает малья под этим "они", очевидно, всех богатых, благополучных и благородных. – Поговорила. Напыщенная эгоистичная женщина! Сказала, что Лисса намекала на желание уволиться, но потом попросту сбежала, не подписав документы, не отработав положенный срок, ещё и намекала на то, что за это полагается штраф! Лисса никогда бы так не поступила!

— Но где она тогда может быть?

Малья Чайти опять сжалась в комочек, очевидно, возмущение помогало ей отвлекаться от тягостных горестных мыслей.

— В полиции сказали, что не находили никого... никого похожего, – с тоской произнесла она. – Я только позавчера ездила во Флоттершайн, справлялась. И у нас тут тоже... её никто не видел уже полтора месяца, малье!

— Флорис. Хортенс. Можете звать меня просто Хортенс.

Эймери поднялся с колен, отряхнул брюки. Он показался мне бледнее обычного, и я вспомнила о малокровии, свойственном скверным, но было неуместно сейчас справляться о его самочувствии.

— Вы сказали, что Лиссе некогда было заводить романы и не с кем, – продолжила я. – Но в Колледже есть и студенты, и преподаватели... Богатые студенты. Кто-нибудь из них мог снять ей квартиру... Не отрицайте сразу, прошу вас!

— Хорошо, – мать Лиссы вздохнула, снова вернулась в кресло и взялась за вязание: я заметила, что узор вязки был на удивление аккуратный, ровный и чёткий. – Если так... она должна была понимать, что я беспокоюсь, что я с ума схожу! Она дала бы мне знать!

— Но вы бы стали осуждать её...

Я вдруг подумала, что примерно такой же разговор могла бы вести и с собственной матерью.

— А почему вы спрашиваете? – внезапно словно бы опомнилась малья. – Это из-за штрафов? Лисса уже не работает в Колледже... И у меня нет денег. Я ничего не буду платить! Если мой ребёнок сбежал, значит, это ваша вина!

Я закусила щёку. Стоит сейчас начать вести речь об убитом преподавателе – и женщина опять впадёт в панику...

— Никто не требует с вас денег малье, отнюдь. Дело в том, что малья Лисса исчезла не одна, – мягко вмешался в разговор Эймери. – Вместе с ней своё рабочее место в тот же день без предупреждения покинул один из преподавателей, неженатый мужчина, которому ещё не исполнилось и сорока. Мы ищем его. Может быть, просто совпадение, а может, и нет.