Книга Весна, которой нам не хватит, страница 150 – Ефимия Летова

Эймери взял меня за руку. Не то что бы я умирала от ужаса, но это было приятно.

— Тебя никто не заметил?

— Надеюсь. Я попросила девчонок помочь мне перелезть через забор. Причину объяснять не стала, они уже привычные. Зря ты волнуешься о моей репутации, она уже безнадёжна испорчена. К чему вопрос?

— Ты будто светишься.

«Просто ты вернулся»

— Так и есть. Подсвечиваю окружающее пространство. Мой огненный дар.

— Выглядишь, как призрак.

— Не бойся, их не существует.

— А жаль. Я приходил бы по ночам в вашу спальню и пугал Гийома. Эй, прекрати щипаться...

Я щёлкнула его по носу.

— Куда мы идём? Куда ноги ведут, или у тебя есть более конкретная информация?

— Попробую поспрашивать светильники.

Мы шли, не особо заботясь о том, чтобы запомнить дорогу, дальше и дальше – всё равно под светильниками были стрелочки-указатели, не заблудишься. Надеюсь, не фальшивые... С учётом крысиной паранойи мальёка Аеша, в подвалах могло быть всё, что угодно. Вокруг было тихо, за исключением наших шагов. Один раз я врезалась в крысоловку, да так, что она отлетела на несколько метров в сторону. Пару раз мы встретили крыс, пугливо шмыгнувших прочь и не выказавших ни малейших признаков одомашненности или прирученности. Нечего было и думать о том, чтобы их отлавливать и допрашивать: мы не настолько ловкие, да и покусанными быть не хотелось. А светильники общаться не желали – Эймери мрачно погрозил им кулаком.

— Как познакомились твои родители? – спросила я первое, что пришло в голову. Не было сил выносить эту давящую тишину.

— Обыкновенно. Он был женат. Она молодая и наивная. Потом родился я, он предложил ей деньги, она отказалась поначалу, потом стала брать – я часто болел. Записывала в тетрадку, чтобы отдать в будущем, наверное. Я её как-то нашёл, тетрадку эту учётную, уже тогда, когда мама поняла, что у меня за дар и забрала из школы. Сидел дома целый год, скучал, перерыл все книжные полки – книг у нас было очень много. Сперва не догадался, что к чему, зато потом понял.

— А ты видел его лично? Говорил с ним?

— Видел и говорил, – почти с отвращением сказал Эймери. – Не рассчитывай на него, Хорти. Он ничем не поможет. Хотя на могилку бы пришёл, думаю. Только скверным могил не полагается: сожгут и утилизуют. Или пустят на эксперименты.

— Перестань.

Кажется, фонари стали светить ещё тусклее – или вовсе норовили погаснуть.

— Не удивлюсь, если мы уже где-то под Флорбургом, – сказала я, чтобы сменить тему. – Идём и идём.

— Тебе кажется. Восприятие расстояния субъективно...

— Тсс! – перебила я, прислушиваясь. И Эймери тоже замер. Неожиданно погас ближайший к нам фонарь, и я заставила загореться несколько маленьких огоньков, похожих на перевёрнутые капли. Словно сгорели до фитилей восковые свечи – а пламя осталось...

— Ничего не слышу, – сказал, наконец, Эймери, мягко мазнув губами по моему уху. Я собиралась было согласиться с ним, но странный лязг повторился вновь: металлический, резкий. Эймери инстинктивно толкнул меня за спину, закрутил головой, пытаясь определить, направление звука. Я тоже – но безуспешно, он словно шёл издалека и одновременно сверху.

— Отойди! – шикнула я, заставляя пламя разгореться ещё сильнее и ярче: меня бы оно не обожгло, но вот Эймери... Огненные шарики покатились вперёд по коридору, с испуганным писком под нашими ногами заметалась ещё одна крыса.