Книга Смерть меня не найдёт, страница 124 – Ефимия Летова

Может быть, действительно, если я всё исправлю, то смогу вернуться обратно? В свою привычную реальность, в своё привычное тело?

Речь жреца журчала, как вода, вводя меня, смиренно опустившую лицо, в лёгкий транс, мысли кружились, подобно осенним листьям, падали в эту тихую воду. Мне казалось, что белый и зелёный свет, льющийся вниз с верхушек башен, сливается над чёрным каменным полом в единый световой поток, закручивается спиралями вокруг подола одеяния жреца. Я всё ещё продолжала слышать его голос, но слова зазвучали другие, те, что он говорил мне в Винзоре:

"Фелинос содержится, точнее, содержался при Центральном храме Единой в Магристе. Десять служителей денно и нощно следят за ним, по двое, сменяя друг друга раз в сутки, один служитель назначается от храма, один выбирается Его Величеством… В ту ночь, когда реликвия исчезла, порядок был тот же… Служители короны приезжают к храму извне. Служители Единой, в свою очередь, постоянно живут в небольшом флигеле при храме… Королевский служитель прибыл извне, служительница зашла изнутри, по внутреннему коридору… вы пробрались во внутренний флигель храма, убили одну из служительниц, сбросили её тело в колодец, переоделись в её одежду, после чего дождались своей очереди служения, проникли в храм, убили второго служителя, точнее, думали, что убили".

Колодец. Колодец во дворе был другой, совершенно точно, не такой, как при входе. Меньше. Старее. Деревянный. Дерево потемнело от сырости и времени, но…

— Агнесса! — зашипел над ухом Март. — Агнесса!

— Что? — я непонимающе заморгала, пытаясь понять, где я нахожусь, и что происходит вокруг.

— Ничего! Ты стала такой прозрачной-прозрачной, я подумал, что сейчас и вовсе исчезнешь!

Я в ужасе уставилась на свои руки, а Март фыркнул.

— Шучу. Но засыпать в храме всё-таки не надо. Вставай. Он уже ушёл, и нам пора.

Обстановка вокруг и впрямь изменилась — вместо почтительной тишины снова ровный гул голосов, люди оттаскивают скамеечки обратно. Я поднялась на ноги и отошла к стене, в неширокую нишу между двумя колоннами, прижалась лбом к каменному боку и не почувствовала ожидаемого холода.

— Мне надо проникнуть внутрь.

— Надо, кто же спорит, — Март, очевидно, нервничал, больше, чем раньше. — Но не сейчас, вы же можете столкнуться и тогда… Пойдём отсюда. Счастье, что он тебя не заметил.

Март потянул меня за локоть, но я упёрлась, сама не зная, почему.

— Мне надо внутрь. Я должна увидеть.

— Он сейчас там! Агнесса, не дури, пойдём отсюда!

— Будешь меня силой удерживать — заору, — сказала я, пытаясь стряхнуть гипнотическую одурь.

— Нет, это я сейчас заору. С ума сошла?

— Возможно… Март, я всё понимаю, я буду осторожной, насколько смогу. Как долго мне ещё бегать ото всех, сам подумай. Ты прав, фелинос — единственное, что я могу попробовать обменять на свою жизнь и свободу. На нашу жизнь и свободу. Они все мне это предлагали: и жрец, и следователь, и вот теперь ты с этим своим незнакомым королевским некромантом. А я хожу кругами вокруг да около и ничего не делаю!

— Но почему именно сейчас?! — зашипел мне на ухо Март. — Давай придём сюда завтра! Давай придём хотя бы вечером! Если бы я знал, что сегодня здесь службу ведёт Верховный, никогда бы…

— Потому что сейчас, — я оттолкнула его руку и вздохнула. — Выходи на улицу, погуляй и подожди меня где-нибудь… А если я не появлюсь, просто уходи. Добровольно я вас не сдам, конечно, но ты же в курсе их методов. Про фелиноса я действительно не помнила.