Книга Сердце дракона. Путешествие, страница 16 – Амабиле Джусти

Но не мог.

Ещё нет.

А пока ему нужно успокоиться и попытаться добиться того же результата — избавиться от них — более хитрым способом.

Погрузившись в эти неотступные мысли, лорд начал одеваться. Его сверстники, выросшие в тепличных условиях потомки благородных паразитов, носили под мундиром шёлковые рубашки, и сам мундир всегда был блестящим и безупречным. Аргон же, напротив, носил пеньковую рубашку, подштанники из сыромятного хлопка, бриджи для верховой езды и высокие сапоги, затянутые ремнями. Поверх рубашки он накинул кожаную тунику. Доспехи, надетые поверх туники для защиты груди, живота, спины и плеч, были сделаны из серебристой чешуи, непроницаемой и весьма устрашающей, кое-где покрытой пятнами, то ли засохшей грязи, то ли окислившейся крови.

Когда он убирал кинжал в замаскированный карман одного из сапог, Септимус спросил его, почему он отправляется с такой поспешностью.

— Не в ваших обычаях, синьор, так быстро исполнять желания Его Высочества.

— У меня есть свои причины, не имеющие никакого отношения к повиновению. Однако я не отрицаю, что видеть, как этот подхалим Коперник кипит от зависти из-за того, что я один добился успеха, повергшего в шок его, его грифонов и всю армию венаторов, — это дополнительный бонус.

— Леди Иридия будет не очень довольна, — заметил Септимус.

— Меня не волнует довольство леди Иридии, — сказал Аргон и гневно закинул длинный меч в кожаные ножны на поясе, словно мог с полным безразличием встретить войну, но не требования той, которую считал невыносимой сумасшедшей.

* * *

Несколько часов спустя, когда Аргон пристёгивал свои дорожные сумки к седлу великолепной вороной кобылы с волнистой гривой, он услышал вдалеке шаги. Кобыла навострила уши, взгляд животного стал внимательнее, а мягкая морда приподнялась, словно готовая зарычать. Появившиеся зубы, не были похожи на зубы травоядного животного: они были острыми, с заострёнными клыками, как у волка.

Аргон не держал лошадей в королевских конюшнях, опасаясь, что конюхи, служившие Его Низости, могут их отравить. Более того, этих могучих животных нельзя было назвать его, по крайней мере, в традиционном смысле юридического понятия собственности и владения.

Все они были дикие кобылы, обитавшие в окрестностях королевского дворца. Аргон мог бы приручить их и держать взаперти, но не делал этого. И не потому, что лошади были агрессивными существами, которые, по слухам, в прошлом пожирали любого, кто пытался совершить нелёгкую задачу их поимки. А потому что Аргон чувствовал глубокую близость с дикими, опасными, подлинными и непокорными существами.

Как и в случае с драконами, по причинам, не поддающимся логическому объяснению, кобылы доверились ему. Их было около дюжины, и неизвестно было, сколько им лет и что случилось в табуне с жеребцами. Некоторые считали, что когда-то лошади питались растениями, как и все в их роду, но затем, из-за постепенного опустынивания мира, эволюционировали в плотоядных животных, чтобы выжить. В наши дни найти падаль стало гораздо проще, чем растения. Не исключено, что самцы стали пищей доминирующих самок во время голода.

Вороная кобыла фризской породы привязалась к Аргону больше других, подобно как Магнус, в сравнении с другими драконами. Она позволяла лорду седлать себя и направлять куда ему угодно, словно обученный чистокровный скакун, но если кто-то другой пересекал границы её территории, кобыла выходила из себя и становилась агрессивной.