Книга Делай свой ход, королева, страница 25 – Анна Рейнс

Я не знаю, как он дышит, потому что теперь я полностью лежу на собственных руках, согнутых в локтях. Из меня вырываются тихие всхлипы, тело напряжено и не слушается. В моем идеальном мире я уже должна быть на ногах, оставляя его, растерянного и возбужденного, ждать встречи со мной следующие восемь лет.

Эта мысль врывается в сознание, притупляя спазмы. Я вкладываю все свои силы в резкий рывок, мигом освобождающий меня из его хватки. Конечности дрожат, а в глазах темнее, когда я поднимаюсь на четвереньки, все еще ощущая отголоски самого невероятного удовольствия, что я когда-либо испытывала.

Горячие руки ложатся на мои бедра, утягивая куда-то назад, отчего мои пальцы беспомощно цепляются за деревянный пол.

–Куда-то собралась, Ассия? – Буквально рычит Эйден за моей спиной.

Я не успеваю ничего сообразить, как он хватает меня за волосы, наматывая на кулак. Его движения злые, грубые, словно он понял, что я сейчас хотела сделать. Хотя никаких “словно” – мои намерения были вполне себе очевидны.

Я, наверно, делаю худшее, что могла вообще предпринять: начинаю хрипло, издевательски смеяться. Молодец, Ассия, получила контроль, но как же быстро ты его теряешь. Но, кажется, с Эйденом происходит то же самое, раз он уже не может сдерживаться. Он тянет меня вверх, а затем вновь приземляет на лежанку лицом вниз, но так, чтобы бедра оставались задраны. Я едва успела выставить руки – все еще подрагивающие от происходящего.

Мой смех превращается в хриплый стон, когда его член резко входит на всю длину, даже не дав мне толком настроиться на проникновение. Грубое ругательство срывается с его губ, и он замирает, привыкая к влажной тесноте и давая привыкнуть мне.

Я все еще слишком чувствительна, поэтому вторжение воспринимается особенно остро. Его орган давит на точки внутри, распаляя желание. Мне хочется, чтобы он двигался, вбивался и задевал их все. Мне хочется свести его с ума, сделать так, чтобы я была в его голове, под кожей, везде, куда вообще могу дотянуться.

Эйден не торопится, словно это первое проникновение нужно было лишь для того, чтобы заклеймить меня, присвоить, удержать. Он тянет меня вверх — вновь за волосы, и начинает целовать плечи, спину, основание шеи. Я ничего не могу поделать с дрожью, что охватывает тело. Его ласки становятся какими-то животными: он лижет, покусывает, в то время как одна рука накрывает грудь, лаская чувствительную вершину. Он ведет себя так словно добрался до самого сладкого десерта, и ему жизненно необходимо ощущать его вкус на языке. А я горю, уже не в силах сдерживать ни легкое покачивание бедер, ни стонов, от которых уже наверняка почти сорвала горло.

Оставив последний поцелуй на моем плече, Эйден осторожно, но непреклонно давит мне на спину, пока я вновь не опираюсь на руки. Его ладони оглаживают талию, переходят на ягодицы, сминая, а затем раздвигая. Я буквально физически чувствую его опаляющий взгляд, застывший на том месте, где соединяются наши тела. Толчок. Еще один. Его протяжный стон. Моя закушенная губа.

Я кидаю взгляд через плечо, чтобы убедиться: он действительно смотрит. Неотрывно следит, как его член погружается в мое жаркое, тесное нутро — он словно свидетельствует свое падение в бездну. Звонкий шлепок обжигает ягодицу, когда Эйден начинает набирать темп: аккуратно, словно прощупывая лимиты моей выносливости. И лишь когда мои хриплые стоны заполняют собой помещение, он больше не сдерживается.