Книга Мой итальянец!, страница 86 – Яна Шелдон

Он замолчал, но после небольшой паузы, глядя ей прямо в глаза, добавил.

— Будь ты моей женщиной, — его голос прозвучал твердо, — я не смог бы делить тебя ни с кем. Даже с призраком из прошлого. Подумай хорошенько, Женя.

Его слова были лишены упрёка, в них была лишь забота и трезвая ясность. Женя почувствовала, как комок подкатывает к горлу, она подняла руку и нежно провела ладонью по его щеке.

— Ты замечательный, — тихо выдохнула Женя и, наклонившись, коснулась его губ лёгким, благодарным поцелуем. В нём была нежность и глубокая признательность за его честность и терпение, которых она была недостойна.

— Поехали домой? — предложил он, и в его голосе не было обиды, а лишь решимость поступить правильно.

Он отвёз её. Уже у самого подъезда Женя вышла из машины и обернулась.

— Кирилл..Спасибо тебе за сегодняшний день, — сказала она искренне. — Все было чудесно.

Кирилл вышел, обошёл машину и, ничего не говоря, легко, по-дружески поцеловал её в щёку.

— Доброй ночи, Женя.

Кирилл уехал, а она ещё долго стояла у подъезда, провожая взглядом огни его машины. Слова Кирилла эхом отдавались в душе: "Я не смогу делить тебя ни с кем". И она поняла, что пока её сердце принадлежит призраку, у неё нет права заставлять ждать живого человека.

Дверной звонок был настойчивым и резким. Женя подошла и посмотрела в глазок, дыхание перехватило. За дверью стоял Паоло. Его вид был красноречивее любых слов: растрёпанные волосы, расстёгнутая настежь куртка.

Женя с силой распахнула дверь, взгляд Паоло был мутным и невидящим.

— Паоло? Зачем ты пришел? — её голос прозвучал резко, но внутри будто сердце сдавили в тиски. — Тебе еще не надоело или в очередной раз пришел оскорбить и посмеяться? Иди домой, Паоло. Ты пьян.

Он даже не попытался внятно ответить, просто мычал что-то неразборчивое на итальянском, а потом и вовсе сделал неуверенный шаг вперёд, буквально ввалившись в прихожую, и едва не рухнул на пол. От него пахло алкоголем и дорогим табаком.

— Паоло! Что ты творишь! — Женя попыталась взять его за рукав, чтобы развернуть к выходу, но он был тяжёлым и неподатливым.

Паоло легко улыбнулся и попытался обнять её, движения были размашистыми и неуклюжими.

— Не... не трогай меня, — отшатнулась Женя, но злости уже не было. Была лишь усталая беспомощность.Что мне прикажешь делать с тобой?

— Ладно, — сдалась Женя, понимая, что выставить его за дверь в таком состоянии не выйдет. — Оставайся. Но только на диване. Идем я уложу тебя спать.

Она кое-как довела его до кухни и помогла снять куртку и ботинки. Паоло практически рухнул на диван без сил и его дыхание почти сразу стало глубоким и ровным. Он провалился в глухой сон, подчинённый алкоголю и усталости.

Женя накрыла его лёгким пледом, и в этот момент сердце её сжалось от острой, будто физической боли. Гнев и обида ушли, растворились в тишине комнаты, а на их место пришло щемящее, горькое понимание.Ничего не прошло. Ничего.

Она присела на корточки рядом, не в силах отвести взгляд, при свете ночника его лицо, обычно такое выразительное и резкое, сейчас казалось беззащитным и словно мальчишеским. Длинные ресницы отбрасывали тени на щёки, а губы были слегка приоткрыты. Женя позволила себе момент слабости: смотрела на его могучие плечи, очертания мощного тела под простынёй, сильные руки, беспомощно раскинутые вдоль. Позволила себе просто смотреть, украдкой, как воруют что-то запретное. Её пальцы сами потянулись, чтобы поправить прядь волос на его лбу, но она остановила себя, сжав руку в кулак.