Книга Я спасла злодея, но его отец сошел с ума от ревности, страница 33 – Элайра Вэлморн

— Сиди тихо, — его губы коснулись моего виска. Голос был хриплым, вибрирующим от подавляемой боевой ярости.

Мужчина резко перекатился, убирая с меня часть своего веса, но продолжая удерживать одной рукой. Свободной рукой он выхватил свой тяжелый двуручный клинок. Меч с тихим, смертоносным звуком покинул ножны.

Сиху не стал ждать, пока нападающие сломают двери. Одним мощным ударом ноги, в который он вложил свою внутреннюю Ци, он вышиб деревянную дверцу возка. Она вылетела наружу, сбив с ног кого-то из нападавших.

Лорд выскользнул из экипажа так стремительно, что я едва успела моргнуть. Холодный ветер тут же ворвался внутрь, остужая мое горящее лицо.

Я осталась лежать на шкурах, дрожа всем телом. В голове стучала лишь одна мысль: Он закрыл меня. Великий полководец, от чьей жизни зависит судьба Севера, не задумываясь подставил спину под стрелы, чтобы спасти меня.

Снаружи разворачивалась кровавая бойня. Я слышала крики боли и хруст костей.

Я не слышала голос Сихуа. Мужчина не раздавал приказов, он просто убивал. Его боевая аура разлилась по ущелью, подавляющая, тяжелая, пропитанная невыносимым холодом истинного мастера клинка.

Это длилось не больше трех минут.

Затем звон стали стих. Послышались лишь стоны раненых и тяжелое дыхание выживших гвардейцев.

— Зачистить ущелье. Пленных не брать. Мне не нужны их жалкие оправдания, — ровный, ледяной голос лорда разрезал тишину.

В проеме выбитой двери появилась гигантская фигура.

Сиху тяжело дышал. На его щеке алела тонкая царапина от случайной стрелы, а с кромки меча, который он все еще сжимал в руке, медленно капала густая, темная кровь, окрашивая белый снег.

Мужчина перевел взгляд на меня.

Я сидела на полу экипажа, прижимая ладони к груди. Моя прическа растрепалась, дорогие шелка были измяты и испачканы пеплом из перевернувшейся жаровни.

Увидев мое бледное лицо, Сиху одним движением отбросил окровавленный меч в снег. Он шагнул в экипаж и рухнул на колени прямо передо мной. В тесном пространстве его присутствие снова стало подавляющим.

Большие руки мужчины легли на мои плечи. Хватка была такой сильной, что я невольно поморщилась, но он этого даже не заметил. Его глаза лихорадочно осматривали мое лицо, шею, плечи в поисках ранений.

— А-Рин. Ты ранена? Тебя задели? — в его всегда спокойном голосе сейчас звучала неподдельная, почти животная паника.

— Н-нет... я цела, — прошептала я, не в силах отвести взгляд от его грозовых глаз.

Мужчина шумно, с присвистом выдохнул. Его пальцы скользнули по моим плечам вверх, зарываясь в растрепанные волосы на затылке.

— Слава Небесам, — выдохнул он.

А затем произошло то, чего я никак не ожидала.

Вместо того чтобы отстраниться, убедившись в моей безопасности, Джин Сиху подался вперед и прижался своим лбом к моему лбу.

Я замерла, боясь даже вздохнуть.

Наши лица оказались в непозволительной, невозможной близости. Я чувствовала на своих губах его горячее, прерывистое дыхание. Его глаза были полуприкрыты. Зрачки расширились так сильно, что радужка казалась почти черной, поглотив всю серую сталь.

В этом мимолетном, судорожном жесте не было ни капли политики, ни капли расчета. Это была чистая, неприкрытая мужская эмоция — осознание того, что он мог потерять меня, и первобытное желание убедиться, что я жива, что я здесь, в его руках.