Книга Все на своих местах, страница 13 – Дана Андерс

Я дошла до остановки трамвая и стала ждать. По утрам они ходили часто. Через три минуты подошел трамвай и открыл только первую дверь. Люди поднимались медленно, один за другим, вставляли проездной и проходили внутрь через турникет. Какой ужас! Я уже успела забыть, что почти пятнадцать лет все автобусы, трамваи и троллейбусы были оборудованы турникетами, и попасть внутрь можно было только через первую дверь и по проездному билету. В моем времени уже два года, как отменили это.

В кошельке я нашла проездной, дождалась своей очереди и прошла внутрь. Сейчас нужно доехать до метро, потом до Шаболовской, а дальше можно дойти пешком. Главное, не перепутать и не поехать на работу.

Доехала без приключений, вышла из метро, прошла две остановки до инженерного факультета. Мне все еще было не по себе, и я не решила, что буду делать.

Первое, что я увидела, когда зашла внутрь, была моя подруга Машка. Она сидела у зеркала на первом этаже и что-то искала в сумке. Я вспомнила этот день.

Рядом с ней на стуле лежала горка личных вещей. Паспорт в синей глянцевой обложке, три упаковки жвачек с разными вкусами, кошелёк с вишенками, зубная щётка, розовый флакон туалетной воды, и даже клей для бумаги с блёстками. Там же было несколько блесков для губ и три лака для ногтей. Здесь же оказался «Гарри Поттер и кубок огня» и небольшой любовный роман издательства «Арлекин» серии «Соблазн».

Рядом с Машей крутился какой-то нигериец. Кажется, он учился в нашей группе. Только не могу вспомнить, как его зовут. Какое-то сложное имя, которое трудно выговорить. Но его лицо я хорошо помнила.

— Щто за кныга? — спрашивал он, показывая чёрным пальцем на любовный роман. — Для дыплома?

— Это книга про секс, — объясняла Машка, всё ещё роясь в пустой сумке. — А диплом у нас еще не скоро.

— А щито такое секас? — непонятливо переспрашивал он, делая серьёзное лицо.

— Вот будет у тебя девушка, Окей, она тебе и покажет! — отшутилась Маша, метнув коричневый стаканчик от кофе в мусорную корзину.

— Я знать! — изменился в лице нигериец, улыбнувшись во все зубы. — Я к тебе ходить, Маша.

Машка одним движением руки смахнула все вещи обратно в сумку.

— Нет, Окей, лучше не надо! — смеялась она.

Я вспомнила. Его зовут Окечукву, но мы сокращенно звали его Окей.

— Пристаёт? — спросила я, садясь рядом на освободившееся место.

— Да не то слово! Я на улицу курить иду. Ты со мной?

— Пойдём. Успеем до начала.

Мы спустились вниз и вышли на улицу. Внутренний двор выглядел заброшенным: ободранные кирпичные стены, старые гаражи, ржавые легковушки, мусорные баки с яркими надписями и сотни окурков на грязном асфальте.

— Ты уже сдала инженерную графику? — спросила Маша, разглядывая курящих во дворике незнакомых студенток.

— Сегодня сдам.

Я смотрела на Машу и не верила глазам. Я уже думала, что никогда ее не увижу. Несколько лет назад мы поссорились, потом снова стали общаться, а два года назад — снова перестали. Иногда я очень скучала по ней, но в то же время чувствовала обиду за то, что она тихо исчезла из моей жизни в тот момент, когда мне нужно было просто поговорить.

— Ты сегодня какая-то пришибленная, — сказала она, затягиваясь. — У тебя все нормально?

— Вроде да.

— Молчаливая ты какая-то. Грустная.

— Плохо спала, — ответила я. — Не выспалась. И волнуюсь.