Книга Все на своих местах, страница 65 – Дана Андерс

Мы шли по дороге сквозь голый лес. Листва уже давно осыпалась, а зима не спешила приходить в этом году. Серо-коричневый лес будто завис между осенью и зимой. Дед с папой спорили. Папа приводил факты. Дед был упрямым и не хотел соглашаться.

— Не знаю, не видел, — отвечал он на любые факты, с которыми не хотел соглашаться. — Не знаю, не слышал.

Небо долго оставалось серым, но позже на фоне облаков стали появляться небольшие пятна света. Папа курил. Дед фотографировал все на компактную фотокамеру. Я снимала на камеру мобильного телефона. Фотки на раскладушку Motorola не отличались качеством, но равно были особенными.

Так мы дошли до небольшого озера. Темное и заросшее по берегам. От воды, казалось, исходил пар. Людей рядом не было. Кроме одной фигуры на другом берегу пруда. Какая-то девушка стояла и смотрела на воду.

— Вот здесь, — сказал дед. — Метеорит падал с запада и летел очень низко над землей. Он вспахал землю. Образовалась длинная глубокая яма с холмом в конце. Вот это озеро теперь на его месте. Когда это произошло неизвестно. Те, к кому я обращался, сказали, что разберутся в этом. Но озеро так и стоит на месте, и старый мой прибор «made in USSR» показывает то же место в земле.

— Это могли быть бомбы, — ответил папа. — Мне отец рассказывал, что в начале войны несколько бомб упало рядом с Лианозово, и в воронках потом долго стояла вода, как в озере.

— Нет, Володь, — спокойно спорил дед. — Этот метеорит еще до войны упал. Возможно, еще даже до революции.

Папа с дедом продолжали спорить. Абсолютно спокойно, интеллигентно, без злости. Мы шли дальше. Девушка на другой стороне пруда что-то искала в рюкзаке. Потом что-то достала из него и положила на землю.

— Странная какая-то девица, — сказал дед. — Наверное, следит за нами.

Он достал фотокамеру и сделал несколько кадров издалека. Она все еще стояла там и не спешила уходить, как будто чего-то ждала. Когда мы проходили мимо, я обернулась, чтобы разглядеть ее. Она тоже обернулась, и мы встретились глазами. Я прочитала в них испуг. Мне казалось, что я ее где-то видела, что я ее знаю, но не могу вспомнить. Это была очень странная встреча. Пока мы шли по лесу в сторону Угличской улицы, я несколько раз оборачивалась назад. Мне почему-то казалось, что она идет за нами. Ее нигде не было, но я не могла избавиться от ощущения, что за нами кто-то наблюдает. Не следит, а просто смотрит.

— А этот дом построил Лужков, — рассказывал дед.

На территории теннисного клуба находились площадки для игры теннис и футбол, конюшня и площадка для катания на лошадях. На другой стороне улицы был Лианозовский парк отдыха. Мы вышли на Вологодский проезд и дошли до Лианозовского пруда. Небо стало заметно светлее за это время.

— Небо сейчас совсем не то, — приговаривал дед.

— Почему не то? — спросила я.

— Вот раньше оно было другое совсем. Цвет не тот. И воздух был другой. И люди тоже.

Мы прошли мимо дуба. Листва уже давно облетела. Необъятный темный ствол, множество веток образовывали огромный шар, почти правильной формы.

— Этот дуб — мой ровесник, — гордо сказал дед, доставая камеру, чтобы сделать очередной кадр.

— Он старше, — спросил папа. — Ему точно больше ста лет.

— А мне сколько? — удивленно спросил дед. — Посчитай.

— Семьдесят пять.