Книга Туман. Непокорная для бандита, страница 2 – Лина Мак

Но всё же нужно сходить в душ да спуститься в ресторан. Лучше сразу пережить этот позор с мясной чурчхелой.

Скидываю рубашку, которую успел расстегнуть до того, как сел в кресло. Расстёгиваю ремень и замираю от странного, почти невозможного звука.

Дверь в мой номер открывается.

Слишком быстро, но не полностью, а только настолько, чтобы пропустить в номер тонкую, стройную фигуру в костюме горничной моего отеля.

И, судя по всему, эта «горничная» немного не представляет, как на самом деле выглядит. В коротком платье, которое ей явно немного мало, красные туфли на шпильке держит в руках, а волосы рассыпались чёрным водопадом по плечам.

Она прижалась спиной к двери и замерла, прикрыв глаза. Приглушённого света хватает, чтобы всё это подметить. За несколько движений я уже спрятался за тёмной шторой, которую не успел задёрнуть, а ствол, который так и не отвык оставлять в сейфе, так удачно лёг мне в руку.

А вот «горничная», будто что-то почувствовала, нервно осмотрелась и сделала несколько несмелых шагов вглубь номера.

И да, «горничная» — только по маловатому костюмчику. Но то, как она держит спину, даже крадучись, как чётко выхватывает детали, говорит намного больше, чем любые слова.

Меньше минуты нужно ей, чтобы заметить мой мобильный, быстро, почти бесшумно подойти и взять его.

Я уже готов выйти и приставить ствол к её голове, в полной уверенности, что ни у кого не хватит мозгов сломать защиту моего смартфона, как понимаю, что она его уже разблокировала.

Интуиция уже сигналист всеми возможными маяками. И да, если меня пришли грохнуть, то для начала нужно хотя бы выяснить кто, а потом уже и в расход можно пускать. Вот только жаль. Это могла бы быть сладкая крошка для кого-то.

Медленно выхожу из своего укрытия.

— Может, помочь? — спрашиваю лениво, хотя адреналин херачит по мозгам так, что готов пристрелить её сразу же.

Она замирает. Не оборачивается, не визжит, как любят все бабы, не пытается бежать. Она просто поднимает голову, смотрит в отражение зеркала, что находится как раз напротив неё, и я, сука, теряюсь. Не в глазах — в ней целиком. Секунда, даже меньше — но её хватает, чтобы эта тварь поняла: я дал слабину.

— Сомневаюсь, — произносит она уверенно и, развернувшись, впечатывает мне в плечо острый каблук тех самых туфель.

— Да, бл*дь! — рявкаю я, матерясь больше от неожиданной и острой боли, чем от того, что она сделала.

Выбрасываю руку и успеваю схватить её за волосы, которые так удачно оказались распущены, не давая удрать или изменить позицию.

Знаю, что делаю больно, но это взаимно. Плечо пульсирует, но ствол не отпускаю.

— Сука, — шипит эта бессмертная, а я ногой выбиваю у неё из рук эти еб*чие туфли, чтобы не получить по яйцам, и бросаю эту дуру на кровать.

Приглушённый удар заставляет её зашипеть и растеряться. Приложилась головой о спинку кровати. Но, надеюсь, не убил. А то будет неинтересно.

Но, судя по тому, что теряется она всего на пару секунд, а потом начинает отползать, быстро перебирая идеальными ногами, нужно всё же либо добивать, либо трахать.

И самое хреновое, что оба варианта мне очень нравятся!

Захватываю одну её ногу рукой, дёргая со всей силы на себя, слыша противный хруст суставов. Покрывало под ней сминается, но она не кричит, что заставляет думать ещё активнее. Онемевшими пальцами взвожу курок и навожу на эту «горничную».