Книга Красавица и чудовище, страница 430 – Анна Бигси, Клэр Вирго

Моя, но чужая (https:// /shrt/aTpL)

— Подпишите заявление об уходе.

— С чего вдруг? – лениво изгибаю бровь.

— Меня не устраивает ваш подход к учебному процессу.

Эта женщина явно послана для того, чтобы свести меня с ума. Карма, не иначе.

— Жаль, — ловлю ее подозрительный взгляд. — Я вас не отпускаю.

Медленно поднимаюсь на ноги и разрываю ее заявление на мелкие кусочки. Шеки Ольги вспыхивают от негодования, а в глазах появляется огонь. Вот такая она мне нравится гораздо больше, чем ледяная глыба.

— Вы не имеете права, — с вызовом смотрит в глаза. — Я буду жаловаться. Вы…

Крышу сносит от близости. Вдыхаю едва уловимый аромат духов и чувствую, как стремительно срывает тормоза. Один за другим запреты в моей голове отщелкиваются. Я уже сам себе не могу внятно объяснить почему «нет».

Книга третья в цикле "Учителя" Все истории самостоятельные и читаются отдельно.

Утром в субботу Лиза нашла в раковине пучок мокрых стеблей, а на столе — цветы. Алекс стоял босиком на кухне и резал хлеб. Услышав ее шаги, обернулся, отложил нож и поцеловал ее прежде, чем она успела спросить, что у них сегодня за праздник.

— Никакого, — сказал он, когда она все-таки спросила. — Проезжал мимо.

— В котором часу?

— Без четверти восемь.

— А куда ты ехал без четверти восемь?

Алекс усмехнулся. Машина стояла под кленом у крыльца, там же, где и вечером. Он, скорее всего, ходил за цветами пешком, на джинсах осталась темная полоса от мокрой травы.

Лиза обняла его за пояс и уткнулась носом в шею. От него пахло уличной прохладой. Он всегда был теплый, даже когда возвращался с мороза, и она имела наглость греть об него руки. Сейчас сунула ладони под футболку, и Алекс вздрогнул.

— Лиз, они у тебя ледяные.

— Я знаю.

Он не отстранился. Положил подбородок ей на макушку и постоял так, пока в коридоре не хлопнула дверь.

— Если вы там опять целуетесь, я могу зайти через пять минут, — предупредила Люба.

— Заходи, мы уже закончили, — ответила Лиза.

Алекс тут же наклонился и поцеловал ее еще раз.

— Мама, ты врешь, — совершенно спокойно заметила дочь, появляясь на пороге.

Люба была в пижаме. Одну косу уже заплела, а вторую половину волос прижала к затылку ладонью. По субботам, когда никуда не надо было спешить, она любила приходить с расческой к отцу.

— Мне сначала поесть или сначала к тебе? — спросила она у него.

— Давай поешь, пока хлеб теплый.

Люба устроилась за столом, насыпала себе ягод из миски и подвинула тарелку к цветам. Лиза невольно залюбовалась ею. У дочери были длинные ресницы, как у Жени, и та же его манера прищуриться, когда о чем-то всерьез задумалась. Улыбка, по уверениям Элис, досталась ей от Лизы.

— Мам, у тебя есть фотография папы маленького? — спросила Люба.

— Кажется, есть одна, где он в школьной форме. А зачем тебе?

— Нам на занятиях сказали принести две фотографии. На одной я делаю то, что люблю. На другой кто-нибудь из семьи в моем возрасте. Тоже делает то, что любит. Потом надо рассказать, почему мы выбрали именно их.

— Себя на коньках возьмешь? — спросил Алекс.

— Нет. Где я читаю вслух.

Лиза вспомнила снимок. Люба дочитывала сказку малышам, потому что у ведущей сел голос. Дома она еще полвечера решала, что почитает им в следующий раз.

— А тебя я все равно хочу с коньками, — добавила дочь. — У нас получится про разное, зато обоим было страшно начинать.