Книга Покойтесь с миром, или я вам помогу, страница 109 – Клэр Вирго, Керри Лемер

Я проснулась от того, что кто-то деликатно скреб в дверь. Потом не очень деликатно. И все же это были не взрывы, не незваные гости или восставшая нежить, всего-то завывания Серени.

Дверь просто открылась, и в комнату ввалились сразу двое: Сереня, словно пришел на отпевание тела, и Мариэль — словно отпевание этому телу она организовала лично.

В руках у Мариэль было платье.

Я села на кровати, моргая и пытаясь сообразить, сон это или явь. Платье было белым. Почти белым. Ну, скорее, когда-то белым, а теперь оно было украшено кружевами, оборками, лентами и чем-то, что я при ближайшем рассмотрении опознала как фрагменты дедового ночного колпака.

— Нари всю ночь шила, — сообщила Мариэль словно вручала мне государственную награду.

Я уставилась на платье, несколько раз моргнула, прогоняя остатки сна, но платье никуда не исчезло.

— Это... — начала я.

— Шедевр, — твердо закончила Мариэль.

Сережа всхлипнул, причем так громко, что не услышать это было невозможно.

Мы обе посмотрели на него. Он стоял у косяка, прижимая костлявые руки к тому месту, где должна быть грудь, и смотрел на меня взглядом абсолютно растроганного скелета.

— Сереня, ты в порядке? — осторожно спросила.

— Да, — сказал он и всхлипнул снова. — Просто... время так быстро летит, госпожа. Вот только недавно вы приехали. Только недавно развеяли Мориса...

— Это было к лучшему, — сказала, вспомнив, какой ореол вони он носил с собой.

— Это правда, — согласился Сереня со всей серьезностью. — В доме действительно перестало вонять. — Он помолчал. — А теперь вы выходите замуж за почти настоящего демона.

— Он настоящий, — даже обидно стало за Каррэта.

— Почти, — дипломатично повторил Сереня и снова всхлипнул.

Я встала с кровати, босиком потопала к зеркалу и минуту смотрела на свое отражение, морально готовясь к предстоящему дню.

— Ладно, — сказала наконец. — Давайте ваш шедевр.

Следующий час я могу описать одним словом: хаос.

Нари явилась лично и принялась меня обряжать с таким сосредоточенным видом, будто готовила не к свадьбе, а к войне. Она что-то бормотала, периодически грозила иголкой, когда я пыталась пошевелиться, и, кажется, трижды переделывала корсет.

— Нари, я не дышу, — сообщила сквозь попытки вдохнуть.

— Красота требует жертв, — ответила Мариэль, которая сидела в кресле и давала советы, которые никто не просил.

— Жертв, а не жертвоприношений, — попыталась возмутиться, — это принципиально разные понятия!

Сереня тем временем ходил кругами и рассказывал, что в его времена свадебные церемонии длились три дня, а невест не спрашивали вообще. Я сказала, что это интересно, но меня немного больше беспокоит, что корсет вот-вот проломит ребра. Сережа клятвенно пообещал одолжить свои.

Маник заглянул в дверь, окинул происходящее взглядом, что-то буркнул и ушел. Через пять минут вернулся с букетом, явно собранным в саду в большой спешке, потому что половина растений в нем была сорняками, но торчали они очень гордо.

— Это тебе, — сказал он в сторону.

Я взяла букет, грустно вздохнула, ведь были сорваны остатки дедовых гортензий, и мысленно посочувствовала эльфу. Этот день грозил из свадебного плавно перетечь в похоронный.

Семейный склеп был местом почти легендарным, по крайней мере, таковым его считал дед, ведь загнать хоть одного из Ладранов в могилу нужно было постараться. Высокие своды, каменные саркофаги вдоль стен, факелы в держателях, запах старого камня и воска. Вполне приличное место.