Книга Девочка из прошлого, страница 62 – Анна Бигси

— Честно?

— Честно-честно, – улыбается ей и протягивает руку.

— А ты меня пловодишь? – Нюся хитро прищуривается. – А я тебе ласскажу, какие подалочки еще поплосила у Деда Молоза!

— Пойдем, хитрюга. – Иван смеется и подхватывает ее на руки.

— Мама, ты сколо плидешь?

— Скоро. Как уснешь, сразу приду. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Провожаю их взглядом и начинаю убирать оставленный после развлечений бардак.

Пока Иван укладывает Нюсю, иду на кухню. Галины Федоровны нигде не видно. Решаюсь сама похозяйничать. Делаю чай и бутерброды. Отношу в гостиную и оставляю на журнальном столике. Свет не включаю, елка так красиво переливается, что не хочется портить эффект.

— Второй ужин? – Голос Ивана мурашками рассыпается по коже. Внутренне напрягаюсь, приготовившись к очередной схватке с собой и поворачиваюсь к нему.

— Я подумала… возможно, ты голоден…

Он подходит ближе. Смотрит в глаза. Вижу в них свое отражение в разноцветных всполохах.

— Даже не представляешь насколько, – хрипло шепчет и сокращает расстояние между нами до нескольких сантиметров.

— Я не знаю, где Галина Федоровна, – говорю первое, что приходит в голову. Лишь бы не молчать. Тишина сейчас хуже всего на свете. Мне ее не вынести.

— Она уже спит. Голова болела, решила пораньше лечь…

— Я могу сама что-то приготовить.

Делаю шаг в сторону кухни, радуясь такому замечательному поводу, чтобы сбежать, но Иван не отпускает. Перехватывает за запястье и вынуждает остаться на месте.

— Ничего не нужно, – продолжает изучать мое лицо. Я физически ощущаю касания его взгляда на щеках и губах. Особенно на губах.

— Но ты… я… – нервно облизываю губы и замечаю, как его зрачки увеличиваются, почти полностью поглощая радужку. Только сейчас до меня доходит, о каком голоде говорит Иван.- Ох… – выдыхаю шумно и отхожу к журнальному столику. – Тогда чай?

— Ты боишься меня? – Иван не отступает, следует за мной по пятам.

— Нет, – неопределенно пожимаю плечами, хотя мою дрожь уже, наверное, не скрыть.

— Почему тогда убегаешь? – спокойно и уверенно, а у меня внутри все трясется от его голоса. – Не даешь приблизиться? – заправляет прядь мне за ухо и проводит пальцами по скуле и щеке. Замираю от этих давно забытых ощущений. Сердце от волнения рвется наружу, а в горле пересыхает.

— Не знаю. – Вру, конечно, знаю. Боюсь опять поверить и обмануться. Отстраняюсь от его пальцев, чтобы вернуть себе личное пространство и перевожу тему. – Почему ты не отмечаешь Новый год?

Иван улыбается такой ленивой, кошачьей улыбкой, что внутри все скручивается тугим узлом. Знает, как действует на меня, и специально издевается. Закусываю до боли губу, пытаясь сохранить хотя бы остатки самоконтроля.

— Без тебя этот праздник потерял свое великолепие. – Он совсем близко. Касается носом виска и обжигает дыханием ухо. – Да вообще все потеряло смысл. Ты ушла и забрала его с собой.

— Вань, ну что ты… – судорожно всхлипываю, но не знаю, что сказать. Он разбивает мою оборону тараном. Прет напролом, а мне нечем защищаться. Я открыта и уязвима перед ним.

— Вик, ты нужна мне, как и прежде. – Горячие губы касаются виска, оставляя на нем пылающий ожог. С силой зажмуриваюсь и стискиваю кулаки.

— Я… – выдыхаю, пытаясь сказать хоть что-то. – Зачем ты мучаешь меня?