Книга Наследник погибшего брата, страница 50 – Анна Бигси

Друзей у Сергея, как оказалось, нет. Никто не захотел проводить его в последний путь. Только я, Ник и Ирма. И то скорее чтобы меня поддержать. Странно это все и как-то жутко, что ли. Вот живет человек и вокруг него масса людей, а не стало его — и безжизненная пустыня. Никому нет дела.

Ребята подхватывают гроб и медленно, на тросах, опускают в яму. Напряженно наблюдаю за ними и стискиваю от беспомощности кулаки. Это точка. Последняя черта, за которой уже все будет не так. Но слез, как ни странно, нет, только тупая боль за грудиной и сожаление, что все вот так глупо закончилось для брата.

Наклоняюсь и бросаю в могилу горсть земли. Затем еще и еще. Она монотонно барабанит по деревянной крышке, а я отчего-то думаю о несостоявшейся семье брата. Ведь все могло быть иначе. Жена красавица, дочь. Что еще не хватало? Зачем он ступил на эту скользкую тропу? Боюсь, этого никогда не узнаю. Да и не имеет уже значения. Слишком поздно. Решение принято.

— Я выполню свое обещание, — цежу сквозь зубы. — Но сделаю это по-своему.

Отхожу на пару шагов, слегка потряхивает от холода и напряжения. Сквозь пелену перед глазами наблюдаю, как ставят крест и укладывают венки. Все. Этот небольшой холм земли — единственное, что осталось от моего брата.

Разворачиваюсь и ухожу. Чем дальше, тем легче становится дышать. Словно держало что-то внутри, а теперь испарилось. На телефон приходит сообщение. Мельком смотрю на экран — Быстрицкий. Нервная дрожь прокатывает по телу. Черт, как не вовремя. Боюсь узнать плохие новости про Аллу, но все же открываю смс. «Девочка готова к выписке». Сильнее стискиваю смартфон и втягиваю носом влажный воздух. «Завтра» — пишу в ответ и убираю гаджет в карман.

Выхожу с территории кладбища и подхожу к машине. Ирма и Николай подходят следом.

— Ирма. — Голос предательски дрожит. Хмурюсь и растираю горло ладонью.

— Да? — Она сразу же оказывается рядом.

— Мне нужна новая мебель в комнату, в которой будет детская.

— В смысле? — хмурится помощница. — Зачем?

— Чего? — переспрашиваю я и выразительно изгибаю бровь.

Не помню, чтобы давал право задавать мне вопросы. Похоже, придется напомнить о личных границах. То, что мы несколько раз провели время вместе, не меняет между нами ничего.

— Прости. — Ирма виновато опускает глаза. — Какого цвета детская?

— Для девочки, — сухо поясняю я, не собираясь делиться подробностями. — Еще вопросы?

— Как срочно?

Ирма недовольно поджимает губы, но меня это не волнует. Я плачу за то, чтобы исполнялись мои указания.

— Еще вчера.

— Хорошо.

Она кидает на меня напряженный взгляд, но все же больше ничего не говорит. Садится в машину и уезжает. Провожаю взглядом, достаю пачку сигарет и закуриваю одну. Хотел же бросить, но что-то опять не выходит.

— Что ты намерен делать? — тихо спрашивает Николай.

— Разобраться во всем лично, — крепко затягиваюсь и выдыхаю сизую струю. — Ты достал медицинскую карту Аллы?

— Да. В портфеле.

— Отлично, — выкидываю окурок и открываю дверь. — Поехали.

— Куда?

— В ресторан. Сергея помянем заодно.

— А… эм. — Ник переминается с ноги на ногу.

— Какие-то проблемы? — удивленно смотрю на него.

— Нет, все нормально.

* * *

Пока ждем заказ, я проверяю звонки и сообщения. Из больницы ничего нет. Чуть позже сам наберу Грехову. Опять. Неужели со вчерашнего дня совсем никаких изменений? А вдруг Алла вообще не придет в себя? Недовольно выдыхаю и расстегиваю пару верхних пуговиц на рубашке. Душно мне и тесно. Хочется на свободу. Дышать и не чувствовать давящей тяжести в груди.