Книга Цена искупления, страница 56 – Анна Бигси

— Чёрт, только рот открыл, — простонал Иван...

— Пошли, — коротко сказал Степан, натягивая куртку.

Вся команда сорвалась с мест. А блинчики так и остались сиротливо остывать на столе.

Работа не ждала. Снова настало время спасать жизни.

Подъехав к дому прокурора, Степан первым вышел из машины и осмотрелся. Ян последовал за ним, а Рената и Майя остались в машине. Девушки сидели молча, их взгляды устремлены в одну точку. Майя слегка покусывала губу, как будто борясь с воспоминаниями, а Рената сжимала пальцы на коленях до побелевших костяшек. Она боялась и ничего не могла с этим поделать. Страх был гораздо сильнее её.

Ян прошел к калитке и нажал кнопку звонка. Послышался писк, и калитка открылась. Степану ничего не оставалось, как пойти за другом. Они прошли по дорожке к дому.

Дом был строгим, без излишеств. Каменные стены, минимализм, будто выстроен не для жизни, а для порядка. Не чувствовалось здесь уюта, словно заброшенное строение. Степану это место сразу не понравилось, но жить ему здесь не предлагали.

Ян постучал. Дверь открылась почти сразу.

— Проходите, — пригласил их Вадим Юрьевич. Мужчина крепкого телосложения, со слегка побелевшими висками и цепким взглядом, от которого хотелось встать по стойке "смирно".

Они обменялись рукопожатиями. Твердые, короткие, без лишних сантиментов.

— Степан, мой коллега, то есть спасатель, — хмыкнул Ян, представляя друга.

— Вадим Юрьевич, прокурор, — усмехнулся Вадим. В голосе у него скользнула усталость.

Он подошел к окну, достал сигарету и чиркнул зажигалкой. Сквозь стекло увидел машину у ворот. Замер буквально на мгновение и сделал вдох. Долго смотрел, будто хотел заглянуть сквозь металл и стекло прямо в душу той, кто сидела внутри.

— Там? — коротко спросил, не отводя взгляда.

— Да, — кивнул Ян. Медленно. Почти с сочувствием.

Вадим сделал затяжку, выдохнул и наконец повернулся. В его лице мелькнуло что-то человеческое. Боль? Сожаление? Бессилие? Но тут же исчезло за привычной маской власти.

— Итак, Степан. Майя просила, чтобы мы встретились. У вас какое-то дело?

Степа выпрямился, расправил плечи, но внутренне напрягся. Он знал, что от этого разговора зависело многое.

— Не совсем дело.... Мне нужна помощь.

— Слушаю вас внимательно.

Степан не стал юлить. Не привык. В его жизни слишком часто от промедления зависело слишком много

— Ее зовут Рената. Она сбежала от мужа абьюзера. Он избивал ее, унижал, запугивал. Сейчас она у меня. Беременна. Боится. Ни документов, ни поддержки. И я не могу просто стоять в стороне.

Голос срывался на вдохах, но Степан держался. Он спасал десятки чужих жизней. Но сейчас на кону стояла одна, и она была дороже всех.

Вадим Юрьевич не перебивал. Молча курил, прислушиваясь. Его лицо казалось каменным, но глаза выдали напряжение.

— И? Что вы хотите от меня? — наконец спросил он.

— Как мне защитить Ренату? Её и ребёнка. Чтобы этот урод оставил их в покое. Чтобы она могла спокойно жить и не оглядываться.

— Никак, — прокурор пожал плечами, будто речь шла о чём-то незначительном. — Это семейное дело. Если вмешаетесь, сделаете только хуже. Оставьте девушку в покое.

Внутри у Степана все взорвалось. Он шагнул ближе, голос сорвался:

— Вы в своём уме? Он может ее покалечить. Она боится его, боится за ребёнка. А вы мне предлагаете отступиться?