Книга Цена искупления, страница 77 – Анна Бигси

Рената поблагодарила, улыбнулась, приняла подарки. И вдруг....

Дверь палаты распахнулась.

— Где тут мои? — раздался голос, полный жизни.

Степан. Он буквально ввалился в комнату, сияющий, с огромным букетом в руках и каким-то невероятным светом в глазах. Подошел к Ренате быстро, не глядя ни на кого.

Поцеловал. Прямо в губы. Долго, с жадностью человека, который слишком долго ждал.

— Господи, как же я соскучился, — прошептал он ей на ухо. — С ума сходил. Каждый час без тебя — это вечность.

Девочки тихо захихикали и вышли из палаты.

— Я тебя люблю, — улыбнулась Рената, прижимаясь к нему. — Очень-очень.

Он обнял её крепко, и вдруг подхватил на руки и закружил по палате.

— Осторожно! — воскликнула она, смеясь. — Не урони.

— Ни за что, — Степа вновь приник к её губам.

В этот момент дверь снова отворилась, и в палату заглянула медсестра с переносной люлькой в руках.

— Ну что, родители? Готовы? Вот ваш киндер-сюрприз, — с улыбкой сказала она и осторожно поставила люльку на кровать.

Степан тут же склонился над сыном, взял его на руки с тем же благоговением, что и в первый раз. Малыш был теплый, родной, тихо посапывал, устроившись в одеяле.

— Сын.... — выдохнул он и замер на секунду, будто внутри все стало на свои места.

Они вышли во двор. Рената держала его под руку, поправляя краешек одеяла на малыше. Вокруг друзья, цветы, объятия. Она даже не предполагала, что у нее теперь столько близких людей. Каждый по своему поучаствовал в ее жизни и помог в трудную минуту.

Все хлопали, поздравляли. Кто-то громко крикнул: «Горько!» — и раздался общий смех.

И в этом шуме, в солнце, в свежем весеннем воздухе Рената чувствовала, как сердце наполняется до краев. Жизнь дала ей шанс начать все с начала, и она его не упустила.

*****

Захар стоял чуть в стороне от всеобщего веселья. Вокруг звучал смех, аплодисменты, кто-то кричал «горько». А он сжимал в руке телефон, прижав его к уху, и смотрел в асфальт.

— Да, Марина.... Я помню. Сегодня. Годовщина. Конечно, не забыл...

На том конце раздался резкий, обиженный голос:

— Не забыл? Захар, ты даже не позвонил! Я с утра жду хотя бы смс! А ты где? Снова где-то не со мной, да? Опять кто-то из твоих «друзей» важнее?

Он закрыл глаза, медленно вдохнул:

— Марин, пожалуйста, не кричи. Я сейчас на выписке. У Степана и Ренаты. Я тебе говорил.

— А я? — перебила она. — Я кто тебе? Я твоя жена или просто голос в телефоне? Почему каждый раз, когда у тебя есть выбор — ты не со мной?! Почему всегда кто-то важнее?

— Не важнее, — хрипло выдохнул он. — Просто сейчас я не мог иначе. Они не просто друзья. Мы семья....

— А я что? Не семья? Я что, чужая?

Захар сжал челюсть. Он знал: сейчас она говорит с обидой, не с ненавистью. Но от этого было ещё хуже. Все понимал. Их брак трещал по швам, но остановить этот процесс он не мог. Не получилось поставить жизнь на паузу.

— Я виноват, — тихо признал Захар. — Я не успел, не подумал. Прости, родная.

— Да у тебя каждый день так! У нас годовщина, Захар! Раз в год! Неужели нельзя было хотя бы на час? Или хоть заранее что-то подготовить? Букет. Ужин. Хоть открытку!

Он открыл рот, но ничего не сказал. Потому что нечего. Все так. Он виноват и не отказывался от этого. Но обстоятельства сложились так….

— Мне надоело, — резко закончила она. — Я устала бороться за внимание с твоим спасательным отрядом. Я всё ещё твоя жена или уже просто статистика?