Книга Опер. Девочка на спор, страница 3 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

— У тебя всегда форс-мажор, — сбрасывает звонок, а я закатываю глаза. Как всегда. Ничего нового.

Выхожу из кафе и оглядываюсь. Не могу же я в таком виде заявиться в Управление. Недалеко есть небольшой торговый центр, иду туда. В первом попавшемся бутике покупаю новую рубашку и сразу переодеваюсь.

— А с вашей что сделать? — спрашивает девушка-консультант, а меня так и подмывает нагрубить. Че тупая-то такая? Или я слишком раздражительный сегодня?

— Выкинь.

Небрежно прикладываю карту к терминалу и ухожу. До кабинета начальника добираюсь без происшествий. Я в гражданке, но ксива с собой. Пропускают без проблем. Не первый год замужем.

Вхожу без стука. Отец стоит лицом к окну, но даже не дергается.

— Здравствуй, Максим, — его голос звучит сухо и равнодушно.

— Здравствуй, отец, — так же спокойно отвечаю я.

Мы не близки. Никаких объятий. Никакой радости от встречи. Я просто бастард. Незапланированный сын любовницы, которого та сдала в интернат, чтобы не утруждать себя. А у отца есть дочь от законной жены. Единственная и любимая, а я так… позор и пятно на репутации.

— Я не просто так тебя вызвал, — он оборачивается и сканирует меня цепким взглядом.

— А я уж думал соскучился, — криво усмехаюсь и падаю в кресло. Ничего не меняется.

— Ты понимаешь, что твои игры в бога до добра не доведут?

Это он, вероятно, про Коновалова. Подпол из нашего отдела. Таки осудили эту мразь на много лет. Я и сам по локоть в дерьме, но должны же быть какие-то границы. У него тормоза сломались, пришлось нам его приземлять…

— Доходчиво, — тяну я и свешиваю голову со спинки кресла, глядя на отца вверх ногами. — Тебе не кажется, что ты поздно взялся меня воспитывать?

— Вас теперь проверками завалят, — рычит отец зло. — А я не позволю позорить свою фамилию!

— Смею заметить они у нас разные, — хмыкаю и поднимаюсь на ноги. — Это все?

Сушняк просто дикий. На столе стоит кувшин с водой. То, что надо после вчерашнего. Убираю крышку и пью прямо из горла. Кайф…

— Максим, прекрати паясничать, — отец недовольно следит за мной. А мне больше нечего ему сказать. Я никогда не просил у него помощи. Всего добился сам. Упрекнуть мне себя не в чем. Я одиночка и безотцовщина. Сам по себе.

— Ага, работать пойду, — ставлю пустой кувшин на место и рукавом вытираю губы. Знаю, как это бесит отца. — Дел знаешь ли…

Его лицо перекашивается от злости, но вслух не комментирует.

— Кстати, что там с педофилом? — меняет тему. — Не пора передать СК.

— Пока нет, работаем.

— Уверен?

Одно слово отца и дело у нас заберут. Лично мне похер. Баба с возу — кобыле легче, но чем черт не шутит. Глядишь поймаем злодея и звездочки на погоны упадут.

— Мы справимся.

— Самонадеянно, — качает головой отец. — Но ладно. Подождем.

Выхожу выжатый, как лимон. Точнее, как дерьмом облитый. Это гораздо хуже, чем то кофе от голубоглазой незнакомки. Помыться хочется, но пора на службу.

Сажусь в свой «Вольвец» и завожу двигатель. Может ну нахер этот отдел? Домой. Отсыпаться. Успеваю уже даже размечтаться, но звонок вклинивается в мои мечты.

— Марьянин, — отзываюсь глухо.

— Где, блядь, отчет, который я просил тебя сделать как можно быстрее? — сквозь зубы цедит Стас.

Бля-я-я. Я забыл. Что ж все в одну кучу сваливается. Побиться головой о руль что ли? Вряд ли поможет.