Книга Рожденная среди звезд, страница 95 – Керри Лемер

— Двух? — В горле встал ком. Я не верила в то, что пытался донести до меня советник.

— Да, двух, а это значит, что одна девушка выжила.

Я оглохла от этой новости и совершенно отказывалась верить, что это правда. Как? Когда и кто? Что с ней стало? Почему пираты не обнаружили ее?

— Сейчас мы пытаемся выяснить, куда отправили девушку. Скорее всего, ученый продал ее, дабы убедиться в собственной правоте, но пока нам мало что известно.

— Как выглядят те девушки, которые остались на корабле? — мне было больно это говорить, но только так я могла понять, кто остался в живых. — Опишите цвет их волос.

— У одной девушки почти черные, а у второй — сложно сказать, ближе к красному.

— Василиса и Ясмин. — Смерть последней я видела лично. — Значит, выжила Аля.

— Вы можете описать ее?

— А есть гарантии, что эксперимент не изменил ее внешность? — Я помню ее лицо, но я также знаю, как сама сильно изменилась, а еще неизвестно, как на нее повлияла сыворотка. Возможно, у человека без примесей других рас изменения более кардинальные.

— Вы правы, — согласился советник. — В любом случае мы начнем поиски и обязательно сообщим вам, когда станет что-нибудь известно.

— Спасибо.

— Лея, мне очень жаль, что вам пришлось пережить все это, и я обещаю сделать все, чтобы спасти вашу соотечественницу, — сказав это, Орхан почтительно склонил голову и отключился.

С одной стороны, новость повергла меня в шок и одновременно ужас, но с другой стороны, я плакала от счастья. Аля выжила, она смогла выбраться, я не была единственной спасшейся.

Лея

«Я не рассчитываю на твое понимание, как и не хочу рассказывать всю историю. Не знаю, что именно тебе рассказал Даниар, но я была молода, глупа и напугана, а он один из тех, кто уговаривал меня на переселение. Я влюбилась и совершила много ошибок, ведь именно любовь толкает нас на странные поступки. Я хотела, чтобы он был рядом, на Земле, и мне не пришлось бы жить по чужим правилам. Ты стала моим единственным козырем. А потом я поняла, что эти чувства нужны только мне, а ему нужна ты. Гордость и обида застелили мне глаза.

Не суди меня, я поступила глупо, совершила много ошибок и сама об этом знаю. Я была влюблена и хотела, чтобы твой отец был рядом. Это все, что я могу сказать в свое оправдание. Я не надеюсь на твое прощение, все же мой поступок ужасен. Надеюсь, твоя жизнь будет лучше моей».

— Вот и все, — тяжело выдохнула, откидывая коммуникатор в сторону.

Мать даже не решилась на видеозвонок. Только короткое послание, которое не ответило на все вопросы. На самом деле чего-то такого я и ожидала от нее.

— Ты расстроена? — Авель осторожно обнял меня за плечи и попытался заглянуть в глаза.

— Нет, я злюсь на нее, но уже не так сильно. Моя сестра сказала, что мать сама решила оставить нас, а значит, и мы не должны о ней думать.

— Она мудра не по годам, — подметил Вил, улыбаясь. — Не стоит хранить в душе обиду, нужно уметь отпускать, если не прощать.

Муж прав. Ненависть — чувство, которое не умеет созидать, оно только разрушает. Я не хочу потратить всю жизнь на месть матери. Жизнь сама все расставит по своим местам.

— Давайте не будем о грустном. — Мне не хотелось портить этот значимый для нашей семьи день мыслями о неудачном прошлом. — Лучше расскажи, как прошло первое заседание в совете, — обратилась к Вилу.