Книга Академия М.О.С. Т, страница 39 – Алла Султанова

— Паулина, — ровным голосом повторил Дима, и я услышала, как он медленно выдохнул, сдерживаясь от окрика. — Ты делаешь только хуже. Отпусти и уходи.

— Я не уйду! — она дёрнула его на себя, пытаясь оттащить от меня. — Ты мой! Ты всегда был моим! А эта… эта… — Паулина метнула в мою сторону взгляд, полный ненависти, — она никто! Нищая выскочка! Она не заслуживает тебя! Пусть возвращается в свой Воронеж!

— Паулина, — голос Димы стал жёстче. Он попытался высвободить руку, но девушка вцепилась ещё сильнее. — Я не твоя собственность. И никогда не был. Если ты сейчас же не отпустишь меня, я буду вынужден обратиться к ректору.

— Обращайся! — выплюнула она.

Я увидела, как на лице Димы заходили желваки. Он сделал шаг назад, пытаясь отстраниться от неадекватной поклонницы, но та не отпускала.

На шум из кабинетов начали выходить преподаватели. Они, переговариваясь, смотрели на разворачивающуюся сцену.

И только тогда, когда открылась дверь кабинета Фёдора Николаевича, Паулина опустила руки.

Ректор, сцепив руки за спиной, вышел в коридор. Мужчина одарил раскрасневшуюся родственницу цепким взглядом, потом перевёл глаза на Диму, а затем на меня.

У меня внутри всё сжалось. Что-то в его взгляде было не так. Слишком спокойный. Слишком довольный.

— Что здесь происходит? — спросил он.

— Фёдор Николаевич, — с надрывом начала Паулина, — эта студентка… она… она ведёт себя неподобающе! Она пристаёт к стражу! Она…

— Понятно, — перебил её ректор. — Паулина, подойди ко мне.

Она замерла на мгновение, но, вздрогнув, словно скинув оцепенение, подошла к Фёдору Николаевичу. Ректор наклонился и что-то прошептал ей на ухо. Я не расслышала слов, но обратила внимание, как меняется её лицо.

Она самодовольно улыбнулась и, развернувшись, зашагала по коридору.

Фёдор Николаевич проводил её взглядом и посмотрел на меня. В его глазах было что-то такое, от чего у меня по спине пробежал холодок.

— Нина, — нарочито мягким голосом обратился он ко мне. — Должен напомнить, в академии есть правила, и их нужно соблюдать.

— Я… Я… Знаю… Но, мы ничего не нарушали… — запинаясь начала я оправдываться.

— Фёдор Николаевич, можно с вами переговорить? — Дима шагнул вперёд, закрыв меня собой.

— Позже, Дмитрий, — отрезал ректор. Прикрыв глаза, обратился к собравшимся: — коллеги, можете вернуться к своим обязанностям.

Преподаватели скрылись за дверями, и коридор опустел.

— Нина, зайдите ко мне в кабинет, — велел Фёдор Николаевич, — Дима, задержись на пару слов.

Страж повернулся ко мне.

— Нина, я не видел, что она шла за мной. Я не знал…

Я бросила быстрый взгляд на ректора и прошептала:

— Задержи его как можно дольше.

На лице Димы промелькнуло недоумение, но, кивнув, едва слышно произнёс:

— Постараюсь.

Натянуто улыбнувшись, я обошла его и направилась в кабинет ректора.

— Фёдор Николаевич, у меня к вам несколько вопросов, — услышала я голос Димы.

Победно улыбнувшись, вошла в помещение и закрыла за собой дверь. Сердце колотилось где-то в горле. Я прижалась спиной к деревянному полотну и оглядела кабинет.

Ничего не изменилось, только на столе бумаг прибавилось. Мне были нужны картины. Оттолкнувшись от двери, метнулась к ближайшему пейзажу.

Дрожащими пальцами сдвинула раму и заглянула за холст. Пусто.

Вторая картина. Третья. Четвёртая. Я перебегала от одной к другой и ничего. Не было журнала!