Книга Возвращение, страница 32 – Наталия Мет

* * *

— Проходи. Не хоромы, конечно, но хоть на улице ночевать не придётся. Студия капсульного типа! - хихикнула Рия.

— Какая студия? – недоумённо переспросил Воронин.

— Капсульная. Ну, компактная значит, всё в одном месте. Вот, смотри. Это и спальня, и гостиная, и кухня. И всё на двенадцати квадратах. А тут санузел, тоже два в одном – туалет и душевая. Двадцать квадратов отдельного счастья, - снова ухмыльнулась Рия. – Но есть и плюсы. Коммуналка поменьше. Нет, я не жалуюсь. После соцпанса иметь что-то своё – это счастье.

— Осмелюсь спросить, что такое соцпанс?

— Соцпанс? Социальный пансион. Как говорили в старину – детдом, приют для сирот.

— Ты сирота?

— Ну да. Меня мамаша у двери больницы оставила. Не нужна я ей была, - грустно сказала Рия.

— Что ж за мать такая? Кукушка! – возмутился Илларион, страстно мечтавший о детях.

— Ага, точно! Мне и фамилию такую дали – Кукушкина, - снова хмыкнула Рия.

— Кукушка и ворон сбились в стаю, - засмеялся Илларион.

— О, в нашей стае будет ещё Беркут.

— А это кто?

— Мой друг, сосед. Мы вместе в соцпансе были.

— Твой жених?

— Нет, какой жених. Я - классическая старая дева. Был у меня кот, да и того уж нет.

— Слушай, я в маркет не зашла. У меня шаром покати. Чай есть, сахар есть. К Беркуту сгоняю. Не, пошли вместе. Тебя переодеть надо. А покупать новое – дорого. Возьмём у Беркута на время.

— Я не привык ходить в обносках, - надменно произнёс Илларион.

— Ну, извините, Ваше сиятельство, придётся потерпеть. У меня аванс только через четыре дня.

Выйдя из своей коморки, Рия спустилась этажом ниже. Илларион следовал за ней. Женщина дотронулась рукой до двери.

— Заходи, - раздался из-за двери мужской голос.

-Привет! Знакомьтесь! Это Илларион. Ему нужна наша помощь.

— Привет. Я Там, - ответил лохматый парень, с интересом разглядывая необычно одетого мужчину.

— Где? – не понял Илларион.

— Что где? – в один голос переспросили Рия и Там.

— Ты сказал там.

— Зовут меня так, придурок. Тамерлан. Сокращённо - Там, - хмыкнул парень.

— Что за манера всё время подсмеиваться? – свёл брови Илларион.

— Ну, прости, приятель, - Там похлопал Иллариона по плечу. – Так какая помощь нужна? Заходите.

Рия в двух словах рассказала другу историю графа Воронина.

— Ну и дела! Рассказать кому – не поверят. Ладно, когда наши туда. Но чтобы оттуда к нам … - Там задумчиво почесал затылок. – Есть хотите?

— А зачем бы я ещё к тебе пришла, как ты думаешь? – засмеялась Рия. – Там, дай что-нибудь из одежды. Не ходить же Иллариону так по улице?

— А чо, классный прикид! Жарко только.

Там налил в чайник воды, открыл инфраволновку, положил на стеклянный поддон замороженные бургеры.

— Дальше сама. Помидоры, огурцы в морозильнике. Сделай салат. Я пока познакомлю Их сиятельство с благами цивилизации, - Тим взял графа под руку и повёл в санузел.

— Унитаз – величайшее изобретение человечества! Педальку нажимаешь – вода всё смывает! - услышала Рия высокопарный голос приятеля.

За что она любила Тама, так это за расторопность и сообразительность. Он никогда не задавал лишних вопросов, просто помогал. Парень был на два года моложе Рии. Она сразу обратила внимание на тщедушного, испуганного мальчонку, появившегося в соцпансе после смерти своей бабушки. Таких с презрением называли «домашними», потому что они сначала жили в семьях, с родителями, были обласканы и залюблены, в отличие от пансов, к которым относилась Рия. Этот отрезок счастливой, благополучной жизни «домашним» не прощали, за него жестоко мстили. В детстве Рия не раз защищала маленького Тама, своего названного брата, от нападок старших ребят. Не раз у неё самой после драк были в кровь разбиты губы, содрана кожа на локтях и коленях. Теперь уже Там помогал ей, совершенно неприспособленной к ведению домашнего хозяйства, опекая свою непутёвую названную сестру.