Книга Графиня Оболенская. Мосты в будущее, страница 101 – Айлин Лин

* * *

Алексей Дмитриевич остановился у сходней. Впереди замешкалась женщина с двумя детьми: младший вцепился ей в юбку и упирался, пока старший тянул её за руку, но в другую сторону. Обойти их с больной ногой князь не решился и теперь ждал, раздражённо сжимая рукоять трости.

Нога после долгой ходьбы ныла, но привлекать к себе внимание не хотелось. Он поправил шляпу и посмотрел на человека, нёсшего его вещи.

— Осторожнее с саквояжем.

— Не извольте беспокоиться.

Саквояж был потёртый, с потемневшими застёжками. Деньги князь уложил на самое дно, завернув в бельё. Забрать их из тайника оказалось труднее, чем он рассчитывал, из-за этого пришлось отложить отъезд на целый день, зато теперь ему было на что жить за границей. Придётся, конечно, поумерить расходы. Прежнего уровня жизни эти деньги не обеспечат, но и считать каждую монету он не будет.

Женщина наконец увела детей. Горчаков ступил на сходни и, придерживаясь за поручень, поднялся на борт.

Наверху пришлось ещё раз показать билет.

Служитель проводил его до каюты, открыл дверь и посторонился, пропуская пассажира внутрь.

— Приятного путешествия.

Горчаков заглянул внутрь. Узкая койка вдоль стены, умывальник, небольшой столик.

Саквояж поставили возле койки. Князь выдал на чай, дождался, пока мужчины уйдут, и запер дверь.

Некоторое время он стоял посреди каюты, прислушиваясь: за переборкой разговаривали, по коридору протащили что-то тяжёлое, сверху донёсся окрик.

Сняв шляпу, положил её на стол, прислонил трость к стене, и сам опустился на койку. Сидеть было неудобно, он вытянул больную ногу и осторожно потёр, разминая напряжённые мышцы.

До отправления оставалось недолго. Теперь главное — не выходить без нужды. Петербург велик, но непременно найдётся какой-нибудь знакомец, которому вздумается отправиться этим же пароходом. И пусть без бороды его узнать было сложно, однако проверять это на деле он не собирался.

Наклонившись к саквояжу, проверил застёжки и задвинул его под койку.

Всё, что требовалось, сделано. Деньги при нём. Рябой получил задание, а Клин позаботится об остальном. Ждать в столице известий было бы глупо.

Алексей Дмитриевич откинулся к стене и закрыл глаза. Единственное, о чём он жалел, что так и не увидел дочь. Ради нескольких минут рядом с ней рисковать свободой не стал.

Утешало, что он уезжает не навсегда. Обживётся за рубежом, заведёт нужные знакомства и приедет за ней. Они поговорят, и Таня всё непременно поймёт. Княжне Горчаковой не пристало всю жизнь оставаться приживалкой у Мещериных. У неё есть имя, материнское имущество и отец, который сумеет обо всём позаботиться.

С палубы донеслись торопливые шаги. Горчаков открыл глаза и прислушался. Гул машины усилился, по каюте прошла мелкая дрожь.

Он поднялся, опираясь ладонью о стол, и подошёл к иллюминатору.

Пароход отходил от пристани. Между бортом и берегом медленно расширялась полоса воды. Князь смотрел, пока лица провожающих не размылись, затем вернулся на койку и лёг на спину.

Теперь можно было полноценно отдохнуть.

В обеденный салон Горчаков спустился поздно, рассчитывая, что большинство пассажиров уже поужинали. Так и оказалось. У дальнего стола двое мужчин допивали вино, возле двери официант собирал посуду. На князя никто даже не взглянул.