Книга Кощею не нужна невеста!, страница 14 – Тори Тотори

Шагая по лесу, Злата уже не прислушивалась к тишине, но по сторонам смотрела внимательно. То и дело среди кустов мелькали заячьи хвостики, а с валунов скатывались пугливые ящерки. Один разок она даже заприметила сохатого, что стоял среди берез. Поклонившись хозяину леса и поспешив дальше, она еще долго оглядывалась. Братья рассказывали, что эти бугаи пострашнее медведя будут. Быстроногие и сильные, могут если не затоптать, так рогами насмерть забить. Даже с копьем в груди продолжает такой зверь идти на охотника, пока не рухнет без сил. Злату лесные жители никогда не трогали и она верила: коли не мешать им, так и не тронут. А вот лешего за кустами теперь выглядывала.

По сторонам глядеть приходилось и для того, чтобы дорогу найти. Зарубки на деревьях Злата оставила еще на третий день, когда решила проверить сохранность лодки. Спрятанная в кустах смородины на берегу реки, она могла еще пригодиться. А тащить ее через лес совсем не хотелось, вот Злата к ней дорогу и пометила.

Выйдя к реке, она прошлась вдоль бережка, поглядывая в омуты и по сторонам. Было тихо, как и всегда. До того она лишь раз сюда возвращалась и не рисковала близко подходить к черной глади. Выглядела та даже днем чужой и враждебной в отличие от родной Светыни, которая пусть и была холодной, да до самого дна просвечивалась солнышком, а подальше от берега отливала лазурью. Над этой же солнца не водилось. Может, от того она и была такой мрачной. Одно слово — Мглыня! Так ее домовой называет.

Присев у воды, Злата поводила по ней пальцами, проверила не испачкались ли, набрала в ладонь, присмотрелась. Вода оказалась на удивление прозрачной и теплой. Скинув одежду, девушка осторожно ступила в реку. У ног доверчиво засновали головастики. По коже пробежала приятная дрожь и Злата зашла уже по пояс, прощупывая ступнями мягкое дно. Обтираясь ладонями, Злата внимательно глядела по сторонам и плавать не решалась. Вдруг кто явится. В сказках плавали девицы в незнакомой реке да глядь, а одежду тати унесли. Еще и выкуп затребовали!

Вдруг над водой пронесся тонкий певучий голосок и Злата как ошпаренная выскочила из реки. Забившись в кусты и оглядываясь, еле натянула платье на мокрое тело, и снова прислушалась. Тишина. Зашла в чащу и пошла вдоль берега лесом.

— Ах ты, рыбья душонка! — раздавался громкий булькающий голос из зарослей рогоза. — Прозевала! Мне как в глаза ему теперь смотреть, а?

— Кто ж знал, батюшка, — всхлипывал тонкий девичий голосок, от которого сердечко Златы противно сжалось.

— Кто ж знал? Кто ж знал! — злобно булькал батюшка. — Коли б не банник, так и не узнали б. Ух, я тебя сейчас!

— А сам-то куда смотрел? — верещал девичий голосок, перемежаясь с всплесками воды.

Подобрав подол, Злата бросилась девице на выручку. Подбежала к омуту, схватила у края берега сухую палку и осторожно ступила в прохладную воду. Спасать дворовых девок от своих братьев с малых лет у нее вошло в привычку. Было разок, накинулась на старшего Миробора с батогом да так по шее огрела, что та распухла и стала шире головы. А нечего было прижимать чернавку к тыну против ее воли.

— Кто там недобрый девку лает? — грозно пробасила Злата и, раздвинув палкой густой рогоз, обмерла. Прямо перед ней, по пояс в воде, предстали чудища, которыми молодежь обычно обряжается на Купалу, там, дома. Только оба почему-то нагие. Девица посиневшая, что твоя утопленница — кожа аж светится, губы почти черные, а волосы зеленцой отдают. Мужик и вовсе страшен: весь грязно-зеленый, лысый и пузатый, а золотые глаза навыкате, как у рыбы, и без век. Оба чудища развернулись к Злате и замолчали. Вода позади зеленого запузырилась и он, громко ойкнув, нырнул на глубину. По воде ударил огромный рыбий хвост.