Книга Кощею не нужна невеста!, страница 47 – Тори Тотори

Всю ночь она не сомкнула глаз, и впервые слышала, как Кощей возится на своей лавке, переворачиваясь с боку на бок и вздыхая.

Сегодня сердечко уже не выпрыгивало из груди, но обедать вместе было страшно. Из-за его слов о переправе к людям, Злата и Татко чаще молчали за столом, а после разбредались по своим делам. Да Кощей и сам не больно-то донимал разговорами и даже не смотрел в их сторону. В избу он приходил только потрапезничать да заночевать. С утра выгуливал коня, а после задавал овса из сундука, что у двери стоял. Перед обедом приносил дичь, хоть Злата и просила этого не делать ради Татко. Но домовой только рад был мясом всех накормить — лишь бы разделывать добычу не приходилось. После обеденной трапезы князь обычно отдыхал за избой, разглядывая лес, или уходил в сторону реки. Злате жуть как хотелось увязаться за ним к реке, показать, что не только Изба и Татко с Беляшом приняли ее. Знал ли Кощей уже, что стала она сухопутной дочкой Водяного?

Злата вымела избу, смела былинки с тропинок во дворе, заглянула за угол. Кощея нигде не было, а Надысь пасся на лугу, отбиваясь хвостом от комарья. Бросив метлу у колодца, она схватила лукошко, измазанное соком ягод, и побежала к лесу.

— Изба-матушка, Татко, я по ягоды!

Избушка хлопнула ставнями, а Татко даже не оторвался от своей корзины с шишками.

Злата торопилась вприпрыжку через прогалину, то и дело глядя по сторонам. Встретить князя у реки перед обедом — это вряд ли. Рыбу на обед он ни разу не приносил.

Привычная дорога через лес снова стала тревожной. После встречи с волкодлаком и его рассказа о том, что о Злате прознала вся страна нечистых, убегать от очередного чудища, хоть бы и не опасного, не очень-то хотелось. Вглядываясь в кусты и сжимая в руке палку, которой она якобы разгребала листья в поисках грибов, Злата перебегала от дерева к кусту, от куста к камню. Лес тихонько шумел листвой и поскрипывал ветками, в опавшей листве изредка шуршали ящерки. Местами уже желтели осенним нарядом березы. Вот и лето закончилось. Удастся ли встретить здесь следующее?

Выйдя к реке, Злата запустила палку и пустое лукошко в лодку с сеном. Схватила с земли булыжник и бросила в реку подальше. Камень исчез и темная вода тут же забурлила, вздыбилась серым горбом. Лягушки недовольно заквакали, стрекозы порскнули из зарослей тростника к лесу.

— Ты чего буянишь! — раздался грозный булькающий голос. — А коли б зашибла кого?

— Прости, Водяной-батюшка, — хитро заулыбалась Злата, подошла к самой воде и присела. — Гостинец мой по нраву тебе пришелся али нет?

Водяной раззеленелся, широко улыбаясь в ответ, и подплыл ближе. Рак на его плече одобрительно защелкал клешнями.

— По нраву. Русалки мои тоже щедрость твою отметили, — ответил водяной. — Страсть как сладкое любят! Оно и понятно, в реке откуда сласти?

Злата посмотрела по сторонам. Кроме зеленого мужика с его черным раком на реке никого не было. Жуть как хотелось ей поглядеть на утопленниц, что танцуют при луне, звонко смеясь и напевая.

— А что же, батюшка, дочки твои речные не выходят на берег?

— А что им выходить-то? — махнул рукой водяной. — Делом заняты. Веселье у них только по праздникам!

— У вас еще и праздники бывают? — удивилась Злата.

— А то, — довольно крякнул водяной. — Все как у людей!