Книга Коллекция упавших звезд, страница 12 – D. Scriptor

Министр сидела напротив домоуправленца, внимательно слушая о последних доходах оранжереи. Вчера вечером в столицу была отправлена партия саженцев, которую Баку сам проверял. Хороший мальчик. Лотта задумчиво улыбнулась, краем глаза просматривая пришедшие чеки. Чуть больше, чем в прошлом месяце. Совершенно неплохо.

— Спасибо, господин Рик.

— Не благодарите, леди Аркана, — альфа кивнул, принимая обратно документы и перекидывая их на плазменный экран рабочего монитора лёгким движением руки. — Рад вашему возвращению. Когда уезжаете в следующий раз?

— В конце полугодия, — вздохнула Лотта, устало потянувшись. Очень хотелось спать. — Ваш отпуск уже оплачен, — догадавшись, к чему он клонит, министр кивнула на его браслет, куда должно было прийти уведомление.

— Я уже видел. Спасибо вам, леди Аркана.

— Не за что. Я пойду, господин Рик. Если что-то потребуется — свяжитесь.

— Как пожелаете, — альфа снова кивнул и поднялся из-за стола, провожая работодательницу.

Министр быстро вышла прочь, аккуратно прикрыв двери, и вздыхая. Итак, с отчётами она разобралась. Лотта лениво скользнула взглядом по стенам длинной галереи, переходящей в северное крыло дворца, по картинам, которые она привозила с разных концов Республики. Среди них висели пара работ Олли — четвёртого по старшинству омеги, родом с горной планеты Саха. Как-то Аркана застала его за тем, что наложник царапал найденным где-то угольком по холщовой белой ткани, вырисовывая каких-то растения и птиц. Лотта помнила, как парнишка тогда весь сжался, ожидая наказания, но министр только села рядом, рассматривая рисунки. А на следующий день купила ему краски и холст, сказав, что Олли прирождённый художник.

Она не врала, рогатый дикарь с горной планеты и правда за пять с лишним лет написал немало прелестных картин, которые Лотта хранила как настоящее сокровище. Раб был слишком забитым, чтобы напрямую о себе заявить. Ещё до того, как попасть в дом Арканы, он лишился одного рога. На рынке невольников, как рассказывал Грэг, пьяные охранники схватили его за один из ветвистых отростков и со всей силы приложили к каменной стене. Сам торговец удивлялся, как Олли это пережил; череп был рассечен, рог с корнем вырван, еле тогда откачали. Грэг признался, что его хотели пустить на мясо, но Аркана как раз приезжала на Коургу за новым рабом. Она взяла сахарца в двадцатилетнем возрасте, выходила и подарила новую жизнь. Конечно, иногда, в самые сокровенные мгновения, альфа замечает, что с её омегой что-то не то: порой еле слышно бормочет, глядит в одну точку, покачивается, а потом ложится у ног госпожи и сжимается, требуя защиты. И она её давала, отмахиваясь от советов брата избавиться от душевно больного раба.

С Коурги для Олли министр привезла жесткие кисти из шерсти пещерных тварей — каракурей. Продавец заявил, что это лучшие инструменты для живописи, что ж, её талантливый наложник это проверит. Лотта и сама писала картины, только вот на это всё не было времени. Однажды они с ним вместе выйдут в сад рисовать оплетённые вьюнком беседки.

Министр мечтательно улыбнулась, идя по картинной галерее. Сквозь панорамные окна светило жаркое, но уже вечернее солнце. До сумерек ещё было далеко, но Лотта чувствовала, что не успеет навестить сегодня всех, ведь каждое свидание с любым из омег должно быть чувственным, а не торопливым. Впопыхах леди Аркана не могла любить, чувства альфы должны быть сильными и размеренными, чтобы омега их не просто видел, но и ощущал самой глубокой частью своей души.