Книга Коллекция упавших звезд, страница 25 – D. Scriptor

* * *

Вик заснул сразу, только его голова коснулась подушек.

Вечерело, и солнце уже больше чем наполовину скрылось за горизонтом, обещая скорую ночь. Лотта оглядела комнату наложника, отмечая, что не зря приучала каждого из рабов к чистоте и опрятности: спальня была прибрана, даже несмотря на то, что Вик с утра до вечера пропадал в конюшнях, а возвращался уставший. Министр улыбнулась, вновь поворачиваясь к наложнику и потрепав его по светлой чёлке. Пусть спит, завтра они с ним должны будут заполнить документы на степней и ещё раз проверить готовность сделки.

Министр осторожно поднялась, задумавшись над тем, чтобы послать Тэйку передать сувенир с Коурги, но остановилась на том, чтобы отдать его Вику лично. Тяжело вздохнула, покидая пределы обители, и заспешила по широкому коридору, застеленном однотонным красным ковром. В панорамные окна глядела ночь, наблюдая за леди Арканой, уставшей и измотанной, невероятно расстроенной заявлением министра Нейка. Кто бы знал, как она хотела следующее полугодие провести дома! Заняться конюшнями, начать подготовку к грандиозному празднику, отмечаемому в конце каждого года. По традиции Сэйки, начало Нового Цикла жизни нужно встретить с размахом, чтобы провести его в счастье и достатке. В доме Арканы знали толк в торжествах, каждый год устраивая роскошные приёмы для министров и чиновников ОРСВ. Но после всего этого, когда парламентские шишки уезжали пьяные и счастливые, Лотта устраивала праздник и для своих омег, тёплый и домашний с камином и подарками. Альфа улыбнулась воспоминаниям, сбавляя шаг.

Во дворце было тихо — омеги готовились ко сну. Леди остановилась посреди длинного коридора, прислушиваясь к малейшим звукам, но ничего не уловила. Порой эта тишина напоминала ей Коургу, чужую и нежеланную, напоминала одиночество. А ведь… Лотта так боялась остаться одна. Министр болезненно поморщилась, припустившись в сторону южного крыла, туда где была комната Коула.

…Ей было 15 полных оборотов, когда её настигла первая любовь. Им был омега, такой нелепый, что и вспоминать смешно. Нескладный, длиннорукий, с щербатым лицом, высокими, но некрасивыми скулами. Лотта полюбила сильно и, ей казалось, навсегда. А ведь она была альфой, увидела своё, так бороться до конца. Но тот придурок или глупым был, или очень вежливым. Отмалчивался, словно Аркана была пустым местом. А ведь она так любила! Министр горько усмехнулась. Они с ним подружились так искренне и крепко, и только Лотта успела подумать, что ей хватит и дружбы, как он решил ответить отказом на её давнешнее признание. Это больно ударило по гордости, альфа начала отдаляться, теряясь среди общих знакомых. Прознала, что у него появился парень, закрылась от него, и он оставил её. Лотта не смогла сохранить даже дружбу.

Но сейчас нелепый призрак прошлого всего лишь пережиток. Теперь леди Аркана никогда не будет одна. Никто ей не откажет, и она никого не потеряет. Теперь у неё есть одиннадцать верных омег, которых она любила отчаянно, как не любила того придурка. Министр остановилась у двери в комнату Коула, улыбнувшись краешком рта. Видел бы тот недотёпа её сейчас, понял бы, кого потерял.

Тихий стук был только формальностью, но леди её соблюдала, терпеливо дождавшись, пока ей откроют. Всё-таки рабы имеют право на личное пространство. Как бы смеялись члены Парламента, услышав такое заявление?