Книга Коллекция упавших звезд, страница 40 – D. Scriptor

— Не злись, Тэй, ты же знаешь, я люблю тебя, — прошептала она, мягко вводя один палец и растягивая мокрую плоть, нажала на мышцы, протиснулась глубже, ногтем задевая чувствительную простату. — Когда я вернусь, всё у нас будет хорошо, я брошу все свои дела и буду с вами, договорились? Мы отпразднуем начало Нового Цикла все вместе. Даже если мне скажут лететь к чёрту на куличики, я всё равно останусь с тобой, обещаю.

Лотта добавила второй палец, слушая сбитое дыхание, глядела на упругую задницу, на алеющий укус, на скомканные простыни, на исписанную узорами спину. Она любила Тэйку, но променять благополучие семьи на его прихоти не могла, и он это понимал. Лотта рывком вытащила пальцы, пристраиваясь сзади, властно раздвинула половинки и вошла, омега только дёрнулся и шумно выдохнул. Высокий, сильный, взрослый. Порой, министр чувствовала себя рядом с ним маленькой девочкой, чьи приказы и капризы Тэй готов исполнять ежечасно. Она толкнулась, мышцы сжались вокруг клитора, и леди завороженно наблюдала, как нежно-голубая плоть поглощала её, обволакивая влажным теплом.

Весь дух разом выбило, и альфа вцепилась в ягодицы, снова двинувшись вперёд. Наложник застонал пронзительно и громко, Лотта словно наяву увидела распалённое лицо, стекающую тёплую слюну, полузакрытые синие глаза. Но сегодня она не хотела встречаться с ним взглядом, поэтому только толкнулась сильнее, натягивая мощное тело, и вскоре стремительные толчки сопровождались влажными шлепками и громкими, ничем не сдерживаемыми стонами. Старший наложник бесстыдно двигался бёдрами навстречу своей альфе, кричал, вздыхал, мычал, закусывая от удовольствия простыни, министр видела это сквозь пелену наслаждения, втрахивая Тэйку в мягкие шелка. У них ведь всегда так — разговоры по душам, ворчание и протяжные стоны, сотрясающие комнату министра. И старший раб снова заснет на её постели, грея своим телом. Лотта закинула голову, вся мокрая и потная, сжимала омежью задницу, ощущая дрожь такого податливого тела — Тэй кончил вместе со стоном, выгибаясь в спине. Леди Аркана всё равно была главной в их паре, каким бы взрослым ни был старший омега. В её руках он всё равно плавился, подобно восковой фигуре с планеты Лагурра.

Лотта рыкнула, толкнулась, и тёплая сперма излилась внутрь, заставив Тэйку ещё раз простонать, обессиленно подаваясь бёдрами ей навстречу. Альфа хрипло выдохнула, отстраняясь и наблюдая, как белесая бесплодная жидкость струйками текла по ногам, капая на чистые простыни. Завтра с утра она их сменит. Лениво скользнула взглядом по едва державшемуся в стоячем положении Тэйке, мысленно усмехаясь, что даже его сильное тело легко устаёт. Грациозно пала рядом с ним, глядя в синие глаза, и широко улыбнулась.

— Скажи, что любишь меня, Тэй.

— Я люблю тебя больше всего на свете, — шёпотом проговорил, обессиленно упав рядом с ней. Ночь пахла минувшей страстью и почти погасшей свечой. Дом Арканы был оснащён новейшими плазменными лампами, но все же министр отдавала предпочтение живому огню.

Лотта хмыкнула, пристраиваясь у него на груди, и вдыхая родной запах. Тэйка всегда был символом надёжности. С самого начала именно он был той семьёй, к которой юная министр спешила после всех командировок и заседаний. И никто из наложников не сможет его заменить. Никто из наложников не сможет заменить кого-либо из её странной семьи, мысленно поправилась леди Аркана, обнимая тёплого омегу и слушая его мерное дыхание.